Богдан Орлов - 5683

При всем вышеперечисленном, нельзя было назвать Геннадича страшилой. Черты его лица были правильными и, безусловно, нашелся бы тот, кто даже назвал бы их красивыми. А, если бы он хоть чуть-чуть поискал, то нашлась бы и та. Геннадич был высок и широк в плечах. При правильном уходе за собой, он смог бы даже пользоваться популярностью у женщин, чего с ним никогда не случалось. Но в этом и была проблема Геннадича. Всю свою жизнь он действовал от обратного.

Хотя в этом ему стоит отдать должное. Немногим удается достигнуть такого плачевного состояния в столь раннем возрасте.

– Это ты рос, – безэмоционально ответил он, – я на тот момент уже вырос. – после сказанного он развернулся обратно и занялся своими делами.

Такой ответ ввел обычно всегда находившего, что ответить Макса в замешательство. Он долго подбирал слова. Стоящий рядом молча Алексей нисколько не помогал. Осознав, что молчание затянулось, он подошел к столу и сел на корточки рядом со стулом Геннадича.

– Чем занимаешься? – начал он максимально доброжелательным тоном, держа в уме, что перед ним человек не слишком сообразительный.

– Своими делами.

Геннадич с недоумением посмотрел на сидящего на полусогнутых ногах Макса, при том, что рядом стоял вполне себе комфортный диван.

– Здорово, ты прям программист, – сказал Макс тем же тоном и показал пальцем на таблицы с бегущими на мониторе цифрами и символами.

– Я не программист.

– А кто тогда? Хакер?

Знания Макса в области компьютерных наук были минимальными. А если сказать точнее, то их не было вовсе. Тем не менее, он пытался вспомнить все термины, которые знал и по возможности составить из них целостное предложение, чтобы описать то неведомое, что творилось на экране.

– Я монтирую образ на жесткий диск.

– Образ чего? – не понял Макс.

– Образ диска.

– Монтируешь образ диска на диск?

Геннадич опять подметил для себя странную интонацию собеседника, но предпочел никак на нее не реагировать.

– Это называется эмуляция, информация с физического носителя переносится на накопитель компьютера.

С таким же успехом Геннадич мог говорить на корейском.

Макс не знал корейского.

– Ну, чем бы ты не занимался, уверен у тебя получится, – договорив, Макс похлопал Геннадича по ноге.

– Да что происходит?! Я тебе не ребенок! – вскипел Геннадич, – встань нормально в конце концов!

Макс встал и сделал шаг назад, смущенный еще сильнее прежнего. В дело вступил Алексей, до этого момента, стоявший у дверного проема. Он выставил обе руки вперед, ладонями по направлению к Геннадичу, пытаясь показать этим свои благие намерения.

– Мы не хотели тебя обидеть, – его голос звучал и вовсе нежно, – монтируй свои диски туда-сюда хоть всю жизнь, мы тебе не помешаем.

– Я не монтирую их туда-сюда! И в будущем этих устаревших физических носителей не будет вовсе!

«Где-то я это уже слышал», – подумал Алексей.

– Геннадич, так ведь? – вернулся в разговор Макс, – послушай, мы не причиним тебе вреда.

– Так! Я все понял. Опять Надежда Алексеевна наговорила, что я дегенерат.

– Нет, ты что?! Она тебя наоборот хвалила, – Алексей продолжал быть доброжелательным.

– Да хорош, он нормальный, не видишь, что ли? – вмешался Макс.

– А вы кажется нет, – Геннадич прошелся по гостям взглядом, – что тебе нужно?! И это что за укротитель диких зверей?

Алексей только сейчас опустил руки.

– Слушай, прости, мы не с того начали явно, это все Надежда Алексеевна. Наговорила всякого, как ты уже заметил, – попытался оправдаться Макс.

– Ладно, забыли, я привык уже. Так что вы тут делаете? – последний вопрос он адресовал Алексею.

– Нам очень нужна твоя помощь. Меня Алексей зовут.

Глава 11

Второй раз за день, сидя на кухне, Макс и Алексей рассказывали историю пропажи. На этот раз не упуская подробности. На мелочах особое внимание концентрировал Макс, убежденный, что именно в них ключ к разгадке исчезновения. Надежда Алексеевна переместилась в свою часть их общей комнаты, поэтому никто не мешал Геннадичу внимательно слушать.

– Что вы в квартире-то искали?! – спросил он, после того как рассказ был закончен.

– Улики, – с важным видом ответил Макс, – все что может помочь в расследовании.

– Дома в первую очередь осматривают, потому что подозревают супруга. В большинстве случаев он и оказывается виновным, но очевидно не в нашем, – пояснил Геннадич.

– Это почему? – спросил Макс, тут же поймав осуждающий взгляд Алексея.