Джон Барт - Конец пути

— Оч-приятно, — улыбнулся мне замдиректора, коренастый лысый мужичонка с жеваной сигаркой во рту и в очках с металлической оправой.

— Моя фамилия Зигрист, — добродушнейшим образом начал я, — Гарри Зигрист. Где-то у меня тут должна быть бумажка, которую надо бы заверить, если я, конечно, не оставил ее в приемной, — я улыбнулся и начал не спеша перебирать карманы. — Ага, вот ты где, пакость такая мелкая, — я выудил письмо из внутреннего кармана пальто, развернул и наскоро его просмотрел. — Ммм-хмм. Теперь ваша очередь, сэр.

Замдиректора так же бегло прочитал документ.

— Вот блин, — сказал он. — Да она настоящая ведьма, а, док?

— У нас еще и не такие попадаются, — ухмыльнулся я.

— Ха! — сказал нотариус. — Видели бы вы, какие сюда дурики забредают. Вы бы на них себе состояние сделали.

Я все ждал, когда же он попросит меня удостоверить личность Гарри Л. Зигриста.

— Вот уж, право слово, — сказал нотариус, задумчиво и отстраненно. — Черт-те что там у них в головах творится. Н-да… — он начал рыться в ящике стола. — Вам не трудно будет чуть-чуть приподнять правую руку, а, док?

Я поднял, он тоже.

— Ну, короче говоря, клянетесь ли вы перед Богом и бла-бла-бла, и все такое? — спросил он, продолжая шарить другой рукой в столе.

— Клянусь.

— Оно, в общем, без разницы, клянетесь вы или нет, если я не найду эту чертову печать, — радостно сказал он. Перед глазами у меня поплыло — найти в чужом городе нотариуса настолько циничного и настолько доверчивого и после этакой удачи споткнуться о самый что ни на есть пустяк?

— А, вот она где, — сказал он, едва не по плечо ушедши в стол. Он шлепнул на мое письмо положенный штемпель и расписался закорючкой. Потом подозвал двух близсидящих клерков, чтобы те расписались за свидетелей. — И нечего всякую дрянь читать, глаза сломаете, — сказал он им. — Поставьте ваши „Джон Калямаля“ где положено, и свободны. — Они поставили. — Ну, доктор, вот и все дела: с вас полтора бака.

Я вынул бумажник, расплатился, стараясь, чтобы мое собственное удостоверение личности не попалось ему на глаза, и вышел вон с письмом в руках; письмо я опустил в первый же почтовый ящик. Филадельфией я был сыт по горло: времени четыре часа, и нужно срочно ехать домой. В общем и в целом я был восхищен свершенными мною деяниями, но четыре вещи не давали мне покоя. Во-первых, я не знал, поверит ли доктор Уэллек в мой на живую нитку сшитый аффидевит, в котором, насколько я мог судить, любой человек с высшим медицинским образованием, не дай бог со степенью, сразу же обязан углядеть подделку; во всяком случае было весьма вероятно, что, зародись только у него какие-никакие сомнения, скоропалительный отъезд доктора Зигриста тут же превратит сомнения в скепсис, а если подозрительности у него хватит на то, чтобы взять да и» набрать номер приемной настоящего доктора Зигриста, я пропал. Во-вторых, я умышленно не оставил Уэллеку собственного номера, а в вайкомикском телефонном справочнике, естественно, никаких Генри Демпси не было и в помине; невзирая на тот факт, что существуют в мире люди без телефонов, сама невозможность связаться со мной, буде ему еще до моего повторного звонка этого захочется, также может навести его на подозрения. Третье неизвестное было хуже всего: даже если все пойдет как надо и Уэллек согласится выписать эрготрат, может так оказаться, что в городе он отнюдь не новичок и знает Ренни. И наконец, пусть и здесь все сойдет гладко, существовала еще одна опасность: во всем, что касается абортов, я полный профан, но нельзя ведь исключить возможность, что ему потребуется по той или иной причине поместить Ренни в клинику, раз уж операция у нас легальная, и даже если он сам ее ни разу в жизни в глаза не видел, кто-нибудь из персонала наверняка с ней знаком.

Едва добравшись до квартиры, я тут же позвонил Уэллеку, прямо домой.

— Ах, это вы, мистер Демпси, — в голосе был неприятный холодок, — а я уже пытался до вас дозвониться.

— Извините меня, доктор. Мы еще не успели обзавестись телефоном, и приходится использовать хозяйский. Я бы и раньше вам позвонил, но вот решил свозить жену на природу, ей, знаете ли, не мешает иногда отвлечься.

— Тут доктор Зигрист звонил из Филадельфии.

— Правда? Вот здорово! Я едва успел его перехватить, он уезжает куда-то в отпуск. Он вам все объяснил?

— Мне с ним переговорить не удалось. Я был в хирургии. Он говорил с моим секретарем и обещал прислать аффидевит. Насколько я понял, он самым настоятельным образом рекомендует аборт.