Эиль Брагинский - Зигзаг удачи

— Где вы взяли эту облигацию? — спросила Оля убийц, мучительно размышляя, как ей поступить: звать милицию, обратиться за помощью к кассирше или расправиться самой?

— Мы купили облигацию здесь, в вашей сберкассе № 5288/0331, — ответил хор голосов.

Подозрения Оли перешли в уверенность.

— Следовательно, вы ее купили у меня. Когда же?

Все помнили день, когда Орешников собирал взносы:

— Три дня назад!

«Они пытали его перед смертью и выведали подробности!» — подумала Оля в ужасе.

— Ваши паспорта! — потребовала храбрая девушка, убежденная, что преступники наведут на нее пистолеты. Когда гангстеры послушно полезли в карманы, Оля подавила в себе крик.

Паспорта собрал Полотенцев и протянул контролеру. Оля взяла документы и сразу придумала гениальный план.

— Значит, так, — облигацию я пошлю на экспертизу. Может, она фальшивая. Заодно проверим ваши паспорта. Может, они тоже не настоящие!

— Мы согласны! — ответил хор.

— Приходите завтра! — продолжала хитрая Оля. — Я закажу деньги и вооруженную охрану, — добавила она многозначительно.

— Большое спасибо! — сказали уголовники и безропотно ушли.

Оля спрятала облигацию в надежное место, уложила паспорта в сумочку и напугала кассиршу:

— Я ухожу в связи с грабежом и убийством!

Она надела, старенькое пальто, на цыпочках подкралась к выходу, осторожно приоткрыла дверь и выглянула. Злодеев поблизости не было. Оля метнулась в сторону и скрылась, унося с собой их паспорта…

Тот, кто думает, что благородный человек — это такой человек, который совершает благородные поступки, жестоко ошибается. Благородный человек — это такой человек, который не совершает неблагородных поступков.

Легко быть принципиальным и бескомпромиссным в крупных, масштабных вопросах: как развивать добрососедские отношения с Новой Зеландией, когда проводит перепись населения и куда лететь раньше — на Уран или Нептун. Значительно труднее быть молодцом в случаях мелких, житейских, обыденных.

Если, к примеру, кто-то из мужчин, сидя в вагоне метро, увидел женщину и не уткнулся в газету, а встал и уступил женщине место, этот человек необыкновенный, он достоин того, чтобы его показывали, как экспонат на Выставке достижений народного хозяйства.

Если кто-то, допустим, за всю свою жизнь не написал ни одной анонимки, а наоборот, устоял, то этот человек образец порядочности и публично заслуживает одобрения и подражания.

Если кто-то — ну повезло — нашел чужой кошелек и не прикарманил его содержимое — это честный человек, и о нем следует написать в газете под рубрикой: «Так поступают советские люди».

Вера Фоминична Полотенцева была женщиной твердых устоев. Ее нельзя было сбить с панталыку ни за какие деньги.

— Вы потеряли моральный облик! — выговаривала мужу Вера Фоминична, после того как они закончили ужинать и уединились в маленькой комнатке, переделанной излишней кухни.

— В нашем бюджете столько дыр, — оборонялся Кирилл Иванович. — Их нужно затыкать деньгами!

— Мы не станем поступаться нашими принципами! — железобетонным голосом сказала мать-героиня. — Мне стыдно за ваш коллектив. Вы не должны были их исключать!

— А что мы должны были делать? — спросил затурканный Полотенцев.

— Взять их на поруки и перевоспитать! Да, у нас плохо с деньгами. Да, дети — бездонная бочка, но мы не будем торговать нашими убеждениями!

Вера Фоминична была прекрасна цельностью натуры.

— Вера, я тебя люблю! — не удержался Полотенцев.

— И я тебя люблю! — призналась она.

— Что же нам конкретно делать, я имею в виду историю с выигрышем? — И Полотенцев склонил усталую голову на крепкое плечо жены.

— Решайте сами! — сказала подруга жизни и погладила мужа по голове.

Полотенцев решительно подошел к двери и запер ее на ключ, чтобы не помешал никто из детей…

Лидия Сергеевна направлялась к Орешникову с серьезными намерениями. Когда красотка в волнении страсти вышла из лифта, ее сердце стучало так сильно, что Орешников услышал стук и открыл дверь.

— Володя, — сказала Лидия Сергеевна прерывающимся голосом, — я так перед вами виновата. Ведь я все организовала…

— Не будем вспоминать об этом. Заходите!

— Я не смею переступить порог вашего дома!

— Переступайте! — великодушно разрешил Владимир Антонович. — Мы теперь с вами друзья по несчастью. Меня тоже исключили!

Поняв, какой финансовый удар нанесла она дорогому человеку, интриганка обмякла и начала терять сознание. Орешников подхватил прелестный груз и доставил в комнату. Пока он надрывался от тяжести, Лидия Сергеевна пропадала от счастья.