Диана Кизис - Ищу классного парня

Как бы там ни было, Кики каким-то непонятным образом удалось внушить мне, что все будет хорошо. Но, после того как она ушла, меня охватило чувство нарастающего беспокойства. Я внимательно изучила свое лицо в зеркале на предмет морщин, появившихся от солнца, а закурив сигарету, тут же разволновалась, что это уменьшит эластичность кожи. Я сделала маску из глины в надежде хоть что-то исправить и, пока она высыхала, вспомнила о тестах «Сколько лет тебе на самом деле?» в «Кос-мо». Поставив галочку в клетке напротив каждого фактора риска, я обнаружила, что мне почти пятьдесят. Когда я чистила зубы, мне вдруг пришло в голову, что, согласно статистике, Макс входит в группу повышенного риска в том, что касается болезней. Мы еще не занимались сексом, но занимались другими вещами – насколько это было опасно? Как ни странно, смерть не так уж меня пугала. «Когда мне было двадцать, я не подцепила ни одной болячки, – подумала я, глядя на свое отражение в зеркале. – Господи Боже, что, если я заражусь чем-нибудь сейчас?»

Я рано завалилась спать. Мне приснился бредовый сон, в котором я пыталась отыскать Макса в темном болоте. Я набирала в легкие воздух и ныряла в вонючую зеленую воду. В конце концов я увидела его. Он тонул. Я схватила его за волосы и вытащила на поверхность. Но когда я захотела поцеловать Макса, то увидела, что держу в руках его отрубленную голову. Я проснулась, дико брыкаясь и крича:

– Тоооолько не голову! Тоооолько не голову!

Десять утра. Звонит телефон. Я сплю. Звонит телефон. Я накрываю голову подушкой. Звонит телефон. О черт!

Я сняла трубку.

– Кто звонит до одиннадцати?

– Ух ты! Где ты была вчера вечером? Я уже рассказывала об Эштоне?

– Развлекалась.

– Куда ходила?

Об Эштоне, который задает слишком много вопросов?

– Аххх! – Я вспомнила приступ паники, охватившей меня после ухода Кики, и наклонилась, чтобы взглянуть на полуночный педикюр. Я сделала его после того, как проснулась от страшного сна. Я не высушила лак как следует, поэтому на каждом ногте остался узор от простыни. – Развлекалась, – соврала я. – На рок-концерте.

– Кто выступал?

– Ты не знаешь. Никаких синтезаторов, штанов с накладными карманами и таблеток «экстази». Там были люди, которые умеют играть на гитаре. – Я зажгла сигарету и потерла глаза.

– Супер. Я звонил тебе примерно в двенадцать тридцать, но тебя еще не было. Еще я звонил в субботу вечером.

Ладно. Я нехороший человек. Устраивает? Нехороший, нехороший человек. Но Эштон – это идея Кики. Мы познакомились на открытии галереи. Он спросил, люблю ли я искусство. Я сказала, что нет. Он попросил у меня телефон. Я дала. Он казался нормальным. Но когда он начал оставлять бесчисленные сообщения на автоответчике, мое мнение изменилось. Я позвонила Кики на работу и сообщила, что собираюсь послать его.

– Нет, нет, нет, нет, нет, – сказала она. – Все так здорово начиналось. Всегда надо давать людям еще один шанс.

– Но ты сама говорила, что большинство парней в Лос-Анджелесе полные ослы, – возразила я.

– Поэтому ты должна убедиться, что отшиваешь не того самого единственного потрясающего парня в городе, который не является ослом. Узнай его получше. Пусть все прояснится. Нет, правда, нельзя расставаться с потенциальным партнером, пока не займешься с ним сексом.

Итак, я начала встречаться с ним. Он не был потрясающим, но не был и ослом. А больше всего мне нравилось то, что в самые важные моменты он всегда составлял мне компанию.

Я встала с постели и попыталась проснуться.

– Давай сходим куда-нибудь вечером, – предложил Эштон.

«Вопрос в следующем, – подумала я, надевая халат поверх пижамы. – Будет ли с моей стороны свинством пойти на свидание с другим парнем потому, что Макс пока не звонил? Или будет свинством не пойти на свидание с другим парнем потому, что Макс пока не звонил?»

– Бен, ты меня слышишь?

– Да, и очень хорошо.

Я не могла заставить себя принять решение. Что, если Макс позвонит, а вечер у меня уже будет занят? Какая тоска!

– Эш, – сказала я. – Я перезвоню тебе, когда окончательно проснусь.

– Заметано.

Я покормила Фрика, выпила диетическую колу, которую обычно пью по утрам, и проверила электронную почту. Там меня дожидались официальные послания от Кнута, главного редактора «Филли», который выражал свое «фи» по поводу стиля моей последней статьи. Вообще-то я надеялась получить письмо от Макса, но он не прислал ни строчки. «Ах да», – вспомнила я. Он сказал, что если мы обменяемся электронными адресами, то превратимся в друзей, которые постоянно «мылят» друг другу, но никогда не встречаются в реальной жизни. Тогда это показалось мне романтичным. Теперь я думаю, что надо было быть понастойчивее. Потому что по «мылу» можно написать просто так. Но никогда, никогда в жизни нельзя просто так позвонить. Все сразу становится понятно.