Лия Светлова - Земля - 2

- Я убью его! Вот увидишь, убью, убью, убью!.. - он начал биться головой и кулаками об стену.

- Чарли!..

- Я!.. Ты понимаешь?! Я - уста-а-ал!

А вот его рыдания еще трогали материнское сердце. Дочь львов, жена льва, она привыкла к самоуверенным мужчинам. У них есть недостатки и даже пороки, но они сильные или хотя бы выглядят такими. Мужа даже клан Чандлеров уважал, а когда Руперт умер, с их сыном так расправились!.. Никогда не думала, что ей придется встретиться с худшим, что может произойти в Нью-Тауне!

- Приляжешь?

- Прилечь?! Я бы прилег, о! Прилег бы на лоток, в крематории!

- Не говори так, Чарли...

Казалось, что под свитером ничего не осталось, кроме костей. Слёз не было, он всхлипывал, будто из воздушного шарика порциями выпускают воздух, и Элизабет поддалась жалости и ненависти. Наташа! Убила бы ее, эту несносную гордячку! А Марк запретил Чарльзу покидать Львиный город, поставил вокруг дома людей с автоматами! Того и гляди, скоро отправит в красный отдел...

- Все будет хорошо, - но сын ее не слушал.

Теперь он вроде бы успокоился. Обычно рыданием и заканчивался каждый погром и гневные вспышки.

Уставшая и сама, она пошла на кухню разогреть в духовке еду. Элизабет никогда не готовила сама. Она посмотрела под шкаф, где за дощечкой был тайник. Там лежал единственный в доме нож, ножницы и ногтегрызка, спрятанные от Чарльза.

***

- Мисс Миллер не может с говорить, сэр, - вежливо сообщила помощница.

- Скажи, что если она не ответит сейчас, я приеду к ней сам.

- Сейчас спрошу, сэр.

Марк не понимал, как Бетти может его игнорировать? Он обещал прикончить Дэйва, но уже сутки прошли, а Бетти молчит, и этот засранец живой. Он скорее умрет от страха, чем от пули Марка.

- Ну, сэр? - иронично громыхнула Бетти из трубки.

- Сегодня грузовик снова приехал пустым. Тебе что, не жаль родного брата?

- Я же знаю, ты - трусишка. Дэйв - это не жалкий Чарли Стоун, да? За спиной Дэйва стою я!

- Последнее предупреждение: если не выдашь таблетки, я лично пристрелю Дэйва. Он рядом, так и знай.

Марк повернулся к Дэйву, которого Луис прицепил к спинке стула наручниками. На белом лице как сыпь краснели щеки, волосы вспотели от напряжения.

- Ты не посмеешь!

Марку глаза залило красным от ярости.

- Надоело! Луис, пистолет!

Он протянул руку, и Луис тут же отдал оружие.

- Бетти, считаю до трех! Раз!..

Он направил на Дэйва дуло и посмотрел тому в глаза. Такие вытаращенные глазницы ему еще не приходилось видеть. От его страха потеплело в животе.

- Слышишь? Два!

- Бетти! Я прошу тебя!.. - закричал Дэйв мальчишеским голосом.

Трубка молчала.

- Три! Мне стрелять, Бетти?

- Я прошу!..

Дэйв задрожал, замотал головой в поиске помощи, но Луис не позволил себе жалости.

Парень заплакал, увидев, что Марк приближается к нему. Марк ел глазами его ужас, у него голова закружилась от удовольствия.

Трубка молчала.

- Марк! - затрясся Дэйв, упал вместе со стулом, и хрустнула кость - он сломал руку в запястье. Его крик несколько раз эхом пронесся внутри Марка. - Бетти!

Трубка молчала.

"Я же знаю, ты - трусишка".

- Марк!..

Выстрел. Заряд наслаждения прошел по телу, он знал ведь, что будет так!

- Что, Марк, понравилось? - спросила Бетти.

Вот теперь ему стало страшно, но уже было поздно.

***

Элизабет погладила трубку телефона и отодвинула его в сторону. Она бегло перечитала отчет Аксенова, но сосредоточиться не смогла.

- Я поднимусь к себе, - сообщила она Ольге и ушла.

Она села в огромное кресло и задумалась: была ли она связана душой с Марком в момент убийства? Нет, все-таки не была. Она знала, что он, больной человек, получил удовлетворение, но ей не нравится сам процесс убийства. Просто ей надо было, чтоб убили именно Дэйва.

Наконец она избавилась от него! Отцовская гордость, любимый ребенок! А на деле оказался не способен защитить себя.

Один пункт выполнен. Скоро она станет председателем, и останется сделать самую малость.

На следующий день Элизабет и Марк договаривались по телефону, вися на проводе целыми часами, прежде чем пришли к единому мнению.

- Бетти, ты же в курсе, что народ разнесет Львиный город, если перестанет пить таблетки и ответит на призыв оппозиции! Ты станешь первым врагом!

Она подумала, но мнения не изменила.

- Ну, пусть. Зато и тебе придется не весело, а это главное.

- Что я тебе сделал?!

Ах, мерзавец, забыл?! Он и этот слюнявый пес хорошо испортили ей юность! Но всему свое время...