Лайза Джуэлл - Третья жена

Люк приподнял брови, кивнул и отдал ей телефон.

– Что скажешь?

– То и скажу: в этом платье ты, чего доброго, затмишь невесту.

– Так и знала, что ты это скажешь! – засмеялась она. – Я все думала: может, вот тут сделать оборочку, чтобы отвлечь внимание? – Она положила руку себе на грудь, глядя на Люка синими фарфоровыми глазами, в которых можно было разглядеть любовь.

Люк отпил пива и скупо кивнул. Нет, приказал он себе. Нет, нет и нет!

– Удачная мысль! – сказал он.

Она убрала телефон в сумочку и подняла кружку.

– Как там с «интервенцией»?

Вопрос застал Люка врасплох.

– Сам не знаю. Наверное, я надоел матери. Она считает, что я мог бы жить правильнее и лучше. Отец, должно быть, воображает, что за те деньги, что он потратил на мое образование, он вправе надеяться на лучший результат.

Шарлотта кивнула, как будто хотела что-то сказать, но не сочла возможным.

– Не уверен, что торчать день-деньской у отца в офисе и ворошить бумажки – это серьезный прогресс по сравнению с магазином одежды, но… – Он сомневался, следует ли делиться с Шарлоттой появившейся у него мыслью, которая могла сорвать надежно заваренные заслонки. С другой стороны, его так и подмывало произнести это вслух. – По-моему, это было неизбежно.

Она недоуменно приподняла бровь.

– Я нашел кое-что в отцовском компьютере. Старые мейлы. Адресат – Майя.

– Ага.

– Оскорбление на оскорблении. Мол, все ее ненавидят, а сама она – уродина.

Шарлотта вытаращила глаза и прикрыла ладонью рот.

– Что?! Быть того не может? Господи! От кого они?

– Никто не знает. Они анонимные. Но есть одна девушка…

Шарлотта убрала руку ото рта и приготовилась слушать дальше.

– Она некоторое время преследовала отца и Перл. Ничего особенного – то есть это мы тогда так думали, а теперь насторожились.

– Господи, Люк! Ужас-то какой! Зачем кому-то нужно было так поступать с Майей? Она была таким хорошим человеком!

– Знаю. Звучит полной бессмыслицей. Хотя, с другой стороны, так ее смерть получает хоть какое-то объяснение. Получается, это была не просто неспровоцированная вспышка безумия. За этим что-то стояло.

– Думаешь, здесь существует связь?

– Определенно существует. Последнее письмо было отправлено накануне ее гибели. Так что я почти не сомневаюсь, что ее довели до этого именно письма.

– Тогда это настоящее убийство!

– Не знаю. Похоже на то. Хотя мне так не кажется. Кто угодно может кого угодно довести до самоубийства, надо только быть погрубее и побезжалостнее. Так часто происходит в школе, а теперь и в Интернете. А Майя – она была такая…

– Незрелая?

Он удивленно покосился на нее.

– Я не это хотел сказать. Нет, мягкая и достойная. Представляю, как могли на нее повлиять такие ужасные слова.

Шарлотта закивала. Потом Люк увидел, что она плачет.

– Ты что? В чем дело? Тебе нехорошо?

– Извини, – пробормотала она. – Мне всегда становится очень грустно, когда я о ней думаю. Она была так добра со мной! И вообще была такая добрая! Стоит мне подумать о ней и об этом автобусе… – Она шмыгнула носом и вытерла кулаком слезы. – Что же теперь будет? С этими письмами? С той преследовательницей?

– Понятия не имею, – сказал Люк. – Отец отнес свой ноутбук в полицию, посмотрим, что они накопают. Если это ничего не даст, то придется заняться преследовательницей. Вдруг она имеет к этому отношение?

– Безумие какое-то, – немного помолчав, проговорила Шарлотта.

– Оно самое, – согласился Люк.

– Кому понадобилось мучить Майю?

– Вот и я о том же.

Дорогая Стерва,

значит, ты и Большой Папаша пытаетесь завести ребенка? Какая прелесть! Не считая того, Стерва, что у Большого Папаши детишки уже имеются. И много. Ты не заметила? Например, милый малыш по имени Бью. Само очарование! Есть и другие, хорошо, не такие очаровательные, но все равно они его дети. Знаешь, что происходит с семьей при появлении очередного ребенка? Всем приходится подвигаться, всем приходится меняться. Ты не считаешь, что семья Большого Папаши уже достаточно подвигалась и менялась? Не считаешь, что Бью хотел бы остаться любимым малышом? Не думаешь, что и так наделала достаточно проблем? Может, посторонишься? А лучше вообще отвали. Серьезно, Стерва. Ты – ничто. Ты просто глупая девчонка. Ты откусила больше, чем сможешь прожевать. Неужели ты считаешь, что сумеешь стать частью этой семьи? Серьезно? Посмотри на твоих предшественниц, настоящих женщин. Ты, по сравнению с ними, слабый ребенок.