Антоний Амурский - Путь

Его тело постанывало, наполняясь приятной болью. Насколько приятно было сейчас сидеть, просто расслабившись. Сладкая нега разливалась по мышцам, пульсировала в икрах, подрагивала в предплечьях и бицепсах. Все тело наполнялось тягучим наслаждением.

Как ни странно, Марио почувствовал прилив сил и уверенности. Душа наполнялась радостью. Это было странное чувство, давно забытое им. Марио с усмешкой вспомнил, как боялся идти в «Кентавр».

Его неторопливый поток мыслей царапнула далеко пролетавшая мысль, что это он делает не просто так. Марио вовремя цапнул ее за хвост, пока та не ускользнула.

«Но как же Феникс? Надо что-то придумать».

После такого обилия физической нагрузки все остальное не казалось ему таким уж и сложным. И сессия уже не так пугала. Марио с улыбкой вспоминал светлый образ Феникс.

«Да она же учится в Политехе! Надо просто пойти туда, и там найти ее!» — как казалось, нет ничего недостижимого, — «просто, блин, пойти туда и все. Там разберемся!» — Марио просиял от простоты и гениальности своего решения.

Проблема «как найти Феникс» оказалась легко решаема после тренировки. Вдвойне довольный, Марио продолжал ехать домой.

Проснувшись на следующее утро, Марио почувствовал себя разобранным на части боевым роботом. Он согнул правую ногу в колене, проверяя ее исправность. Она отозвалась теплой болью. Ощущение было приятным. Марио пошевелил руками. Они были на месте, отвечали той же приятной болью. Болело все тело, но эта боль доставляла удовольствие. Марио медленно принял вертикальное положение. Все системы организма просыпались и запускались. Движения были роботоподобными.

«Но, черт побери! Это ощущение намного лучше похмелья!» — Марио ликовал.

Надо было собираться на зачет. Ничего сложного, просто надо было показать конспекты, которые Марио так старательно переписывал долгое время. Говорили, преподаватель даже не отмечал на лекциях. Но Марио был готов к бою. Он знал, что должен получить зачет.

Не забыл Марио и о Феникс. Ее институт находился в двух остановках от института Марио. К ней Марио решил отправиться немедля, как только преподаватель поставит автограф в зачетке.

Зачет прошел без лишних слов. Все было буднично. Даешь конспект — преподаватель пролистывает, смотрит номера лекций. Если 16 из 18 лекций на месте — тянет руку за зачеткой. Марио даже сам поверил, что был на лекциях — настолько все показалось просто. Хотя Марио все-таки ждал вопросов на тему его посещаемости и успеваемости.

У кого-то из одногруппников это был последний зачет. У Марио же это был первый зачет в этой сессии и он грел душу.

Марио убрал зачетку во внутренний карман куртки, подхватил тетрадку, сказал «Спасибо» и был таков.

На штурм Политеха Марио решил идти пешком. Шагая по тропинке вдоль автомобильной дороги, он продумывал план проникновения в институт.

В свой институт Марио мог попасть тремя легальными способами: через центральный вход, правое или левое крыло. Везде стояли охранники и рассматривали студенческие билеты. Был еще и полулегальный способ: черный ход с задней стороны здания часто бывал открыт. Через него ходили заниматься физкультурой.

В Политехе Марио решил махнуть студенческим перед охранниками и как-нибудь протиснуться через них, затесавшись в толпу первокурсников. Он решил, что если его не пропустят, он исследует институт на возможность других проникновений внутрь.

Приближаясь к Политеху, Марио уже наметанным взглядом студента, живущего в общежитии, осматривал подходы к зданию.

На деле все оказалось гораздо проще. Двери были настежь распахнуты. И через них сновали туда-сюда юркие студенты с различным скарбом: кто-то затаскивал короба с мохнатыми перьями, кто-то тащил колонку, кто-то взваливал на плечи длинные рулоны. Все это им выдавали из двух длинных грузовиков.

Импровизация — помощница всех студентов. Марио приблизился к грузовикам и встал с таким видом, что тоже ждет своей очереди за ношей.

— На, это тебе — работяга в рабочем комбинезоне выдвинул какую-то ширму из глубины фуры, — один утащишь?

— Да конечно! — сказал Марио.

Ширма была нетяжелой, но руки все равно отозвались тягучей болью. Марио поморщился.

Марио не был в Политехе, не знал, в какой стороне стоят охранники и как тут обстоят дела с проходом лиц нелегальных. На всякий случай он опер ширму на правое плечо, таким образом с правой стороны загородив себя.