Антоний Амурский - Путь

Долетел их запах, противный, мерзкий, с резкими нотками перегара и затхлости. Марио попятился.

— Ну ээээ — мычали зомбированные алкоголики, — эээ.

Марио развернулся и побежал. Ноги болели и не хотели слушаться. Прихрамывая, Марио поднялся по ступенькам и свернул за угол общаги.

— Ну! Ну! Ну да! Пошел вон отсюда! Ну да! Пошел вон…

Марио огляделся и с ходу не увидел источника этих новых звуков, пока не глянул себе под ноги. Под зданием, возле подвала сидел, скрючившись, какой-то бич в капюшоне, кивал головой и непрерывно что-то говорил. Порой фразы зацикливались как на заезженной пластинке.

— …они…они ушли…они ушли все, туда, да х… знает куда…

Рядом сидел его друг, который сгорбился над кучей лохмотьев, и активно пощкребывал руками там, закидывал себе в кривой рот какие-то куски. Иногда замирал, работая лишь челюстями, затем извлечение пищи продолжалось.

Марио приблизился к этой компании, готовый тут же сорваться на бег. Этим двоим, казалось, не было до него дела. Сначала он различил не грязь, а кровь на руках жующего. Потом подтеки крови под лохмотьями, потом он увидел лапу… Обездвиженную лапу, торчащую из-под груды тряпья. Холодея, Марио приблизился и увидел обезглавленный труп собаки, который лежал позвоночником кверху. Ребра торчали из его нутра. Марио даже не успел сдержаться, его обильно вытошнило. Скрючившийся над трупом оторвался от своей мерзкой трапезы и посмотрел на Марио. Весь рот в крови, свалявшиеся куски бороды, заплывшие глаза и… и это человек. Это лицо излучало лишь одно — злость, прямо таки материальную злость, которая вот-вот готова была взорваться.

— Вььььяв! — оскалился этот недочеловек.

Марио боком начал отодвигаться от этих трех невеселых существ, отойдя подальше, он развернулся и пошел быстрым шагом в направлении жилого квартала. Он начал замечать то тут, то там обретающихся зомби. Он шел по пешеходной дороге, видя как они заливались жидкостями из бутылок, пытались общаться между собой, иногда он слышал нечто подобное смеху. И смех этот леденил душу.

Он увидел на тропинке впереди себя двух молодых людей, двигавшихся навстречу ему, не сильно похожих на зомбированных. Они выглядели более-менее сносно, в чуть пыльных пиджаках, с бутылками в руках, и бурно переговаривающимися между собой. Марио помедлил и решил не отступать с их дороги, будь что будет. Они приближались довольно быстро, вот он уже мог различать звуки их речи, которая была на удивление членораздельна и внятна.

— …а я тебе говорил, что так оно и будет! Что мы со временем придем к этому! — бурно жестикулировал свободной рукой перед лицом у друга тот, что шел справа.

— Да, но я не видел всю глобальность этой проблемы… Мы как бы находились в вакууме…

— Это они во всем виноваты! Сто процентов! — отхлебнул из своей бутылки, — нас вовремя не предупредили!

Они поравнялись с Марио, и Марио быстрым и цепким взглядом глянул им в лица. Следы здоровой кожи еще оставались, но в целом их лица начинали уже заплывать, видны были припухлости и участки с белой кожей, напоминавшей окостеневший иней.

— … это они во всем виноваты, как мы еще могли жить здесь!

— Мы не были предупреждены, нас просто не предупредили о таких последствиях…

Марио слышал удалявшееся блеяние за спиной.

Он подходил к ларьку, где обычно брал пиво. Он увидел машину, стоявшую неподалеку, из которой даже доносилась хрипящая музыка. Увидел компанию сравнительно молодых людей, тела которых были вполне подтянуты и не выглядели такими дряхлыми и тощими, как у остальных, увиденных до этого. Но лица… Лица как будто были приделаны к этим телам искусственно извращенным Франкенштейном. Они были опухшими, у парней с запущенной растительностью на лице, и обилием кровоподтеков; у девушек с более гладкими припухлостями и меньшим количеством синяков, с обилием нанесенной косметики, которая еще больше устрашала их. Он видел эти шевелящиеся беззубые рты, которые иногда все как один открывались в зловещем хохоте. Марио различил и двух беременных с черными банками в руках, они держались чуть отстраненно, но все-таки всем своим видом показывали, что они часть одной компании.

Марио пригляделся. Кто-то из них издавал смутно знакомый голос. Он пытался различить в этих лицах что-то знакомое. Взгляд напоролся на нечто необычное: у одного рослого парня была вывернута назад левая рука, и правая нога как-то неестественно закручена. Он пил из прозрачной бутылки и активно участвовал в каком-то споре. Он стоял спиной к Марио, и практически не двигался.