Антоний Амурский - Путь

Так продолжалось до самого рассвета…

Свят находился в приподнятом настроении. Вот уже второй день он усиленно готовился к предпоследнему экзамену. Расплата за старые грехи проходила жестко, но успешно. Свят один сдавал экзамены. Больше никого не осталось, все уже сдали.

Насвистывая бодрую мелодию из фильма «Бой с тенью», Свят просмотрел конспекты, глянул в книгу и отметил, что уже было сделано.

«22:52» показывали часы. Надо было сходить в магазин, купить поесть что-нибудь. Желудок согласно заурчал. Свят не помнил, как давно он ел.

Свят обвел в кружочки те вопросы, которые предстояло выучить завтра, квадратики напротив тех, что еще надо было почитать сегодня.

Сухопар как обычно, лежал на своей кровати, держа телефон обеими руками и усиленно нажимая на дисплей пухлыми пальцами.

Свят взулся в спортивные кеды, почти реактивно вдел руки в рукава куртки.

— Вадим, тебе чего-нибудь купить? — Святу хотелось сделать что-нибудь хорошее.

От удивления Сухопара кровать заходила ходуном. Вадим перевесился, чуть не уронив нижнюю часть тела со второго яруса.

— Мне?

— Тебе-тебе.

— Ну купи лапши… Пачки три, Свят, пожалуйста. Сколько денег давать?

— Да ладно! — Свят уже шагнул за порог. Насвистывая бодрую мелодию, он вышел из секции и двинулся по коридору к лестнице. От обилия выученного раскалывалась голова, но удовольствие доставляло количество проделанной работы.

«Раз-два-три-прыжок! Раз-два-три-прыжок!» — Свят вприпрыжку спускался по лестничным маршам.

Пролетев пятый этаж, Свят краем взгляда зацепил, что кто-то сидел на подоконнике в холле этажа. От него не ускользнуло и два нарастающих всхлипа. Резко затормозив на марш ниже, он обернулся назад.

На подоконнике сидела девушка, рыдая в ладони. Её мокрые блондинистые волосы беспорядочно ниспадали, частично закрывая её лицо.

Свят не знал, чему верить. То ли своему счастью, то ли…

Осторожно ступая по ступеням, он поднялся наверх марша. Нагнувшись, он пытался взглянуть в лицо девушке. В такой нелепой позе, напоминая Квазимодо, он приблизился к ней и как самую дорогую святыню тронул её за плечо.

— Надя?…

Феникс отняла грязные ладони от лица и воздела глаза на Марио. В нос ударил резкий запах обильно выпитого.

— Аче?

— Феникс…

Марио отодвинул переливающиеся мокрые волосы в сторону, открыв лицо Феникс полностью. Оно отдавало холодной бледностью, губы были синеватыми и немного дрожали.

— Аче, мы поссорились… Мы поссорились с Ромой… — Феникс всплакнула, мило стряхнув капли с носика. Её тушь растеклась, совсем как при первой встрече. Она сидела в одной майке и насквозь промокших джинсах.

— Я не знала, куда идти, Аче… Он психовал… Я не понимала, в чем дело…

Марио немного собирался с мыслями. Он почувствовал, что надо брать ответственность на себя.

— Так, понятно. Идти можешь?

Феникс всю трясло. Губы приняли синеватый оттенок. Она протянула руки и обняла Марио за плечи. Пьяным взглядом посмотрела ему в глаза.

— Не выгоняй меня… Мне некуда идти… Там дождь… Аче, ты так дрался вчера… Ты такой… мужественный! Тебе было больно? — она провела пальцем по краю синяка.

Тут Марио разозлился сам на себя за то, что это милое создание могло подумать, что он позволит себе выгнать ее. Марио просто обнял и крепко прижал ее к себе.

— Надя-Надя… Ты даже не позвонила мне.

— Телефон… он не работает.

Свят почувствовал, как она содрогается.

— Ты же замерзла! Где твоя куртка? Где сумка?

— Я не помню. В машине, наверное…

— Так, понятно… Давай, вставай, пойдем!

Марио не знал, как это у него получиться, но просто знал, что должен сделать так, а не иначе. «Блин, там же Сухопар не спит. Ну и черт с ним». Марио приобнял Надю, но тут же завалился с ней на стенку.

— И где ж вы, мадам, так уже накидались?

— Я гуляла, по улице… Потом по парку, — Феникс было тяжело говорить.

Марио крепко взял сзади Феникс за талию. К нему начало возвращаться игривое настроение.

— Автоботы, вперед! Нога право, нога лево!

Феникс на удивление громко закатилась в приступе смеха. Марио заулыбался.

— Давай, двигай! Правой на ступеньку, левой на ступеньку!

Феникс продолжала заливисто смеяться, но ноги переставляла согласно указаниям. На седьмом этаже она все-таки споткнулась. Марио подхватил её, вовремя сделав выпад ногой. Не долго думая, он взял ее на руки и понес с такой ювелирной аккуратностью, как будто нес неразорвавшийся снаряд. Феникс содрогалась не только от холода, но и от приступов заливистого смеха.