Антоний Амурский - Путь

Ангелы порхали над ним. Взявшись за руки, они танцевали у него над головой.

— Свят! Свят! Свят! — радостно восклицал Антоний.

— Свят! Свят! Свят! — вторил ему Пархомий.

— Свят! Свят! Свят! — довершал Артемий.

Вприпрыжку, они водили хоровод над ним, во все стороны разбрасывая искрящиеся брызги, которые летели на Свята. Приближаясь к церкви все больше, Марио ощущал, как беспокойство отступает, в душе начинает царить умиротворение.

Марио пружинисто ступил на узловатый корень дерева и подметил хрустальные капли на переливающихся зеленью травинках, пригнутых к земле. Обогнув дерево, Марио подметил, как мелко испещрена кора у дерева, какая многообразная веерность слоев, а ведь каждый слой это определенный этап в жизни дерева. Даже мох с одной стороны дерева отдавал какой-то специфической мраморностью и привлекал своей пушистостью.

Переливчатый щебет с разнообразием и мелодичностью звуков. Марио напрягал слух, пытаясь отличить два похожих голоса. Стрекот, чириканье, своеобразное музыкальное переругивание было столь многообразным, что Марио определенно точно мог сказать, что его сопровождают разнообразные птицы, среди которых нет двух одинаковых.

К разговору птиц прибавилось и журчание воды. Дойдя до края невысокого оврага, Марио встретился взглядом с тонким ручейком, стремившимся обогнуть все камни и бежать дальше. Человек поразился прозрачностью воды, зачерпнул ладонью и, прикрыв глаза, отпил. Вода показалась ему вкусной. Он зачерпнул еще и еще. Сполоснув ладони, Марио смерил взглядом мокрые камни.

Он заметил как велико их разнообразие. «А ведь и не бывает двух одинаковых камней. И каждый камень красив по-своему. Даже будь они одной породы, все равно текстура у них будет отлична, как и форма, и размер. И как так люди совпадают» — подумал Марио, переступив через воду, и пошел дальше.

Тропинка была усыпана хвойными иголками. Марио пригнулся и зачерпнул горсть. Тут он подметил жучка, который спешил по своим делам с таким видом, как будто был самым важным существом на земле. Возможно, так оно и было для него самого. И даже нарисовавшийся великан был не более, чем скромной помехой его важности.

Марио начал рассматривать иголки, пытаясь найти две идентичных, полностью одинаковых. Он уткнулся взглядом в свои ладони и шел вперед, не смотря по сторонам. Иголки были сильно похожи друг на друга, но они не были точь-в-точь одинаковы.

Всерьез увлекшись разглядыванием хвои, Марио вышел на лесную поляну. Тут что-то ярко засветило ему в глаза и он зажмурился. Отрывок неба, видневшийся сквозь расступившиеся кроны могучих деревьев, поражал своей глубиной. И с краю, рвущееся из-за кроны, свечение, которое било прямо в лицо. Марио сместился в тень и огляделся.

Лучи солнца падали отвесно из-за веток деревьев на полянку, в центре которой скромно светилась церквушка.

Марио не был ценителем прекрасного, но открывшийся вид заставил его остановится. Тропинка шла к церкви с северо-восточной стороны.

Перед церковью простирался небольшой прудик, в котором она отражалась. Церковь являла собой тип храма с трапезной. Над ее западным притвором высилась колокольня. Большой купол располагался над основной частью храма, маленький купол, установленный на шатровом завершении, возвышался над колокольней. Купола синего цвета со звездочками поблескивали. Солнце ласково лучилось между ними.

Сама церковь была выложена из темного деревянного бруса и имела аккуратный, ухоженный вид. Трава вокруг была заботливо пострижена. Даже пруд перед церковью как будто был устроен с таким расчетом, чтобы путник, идущий в храм, не шел через восточную часть его, а огибал пруд и подходил к произведению архитектора с западной стороны.

Не было видно ни машин, ни шумящих людей. Парковки у церкви тоже не было. Шум города сюда не долетал. Поразительно, что такое место смогли создать внутри города. Марио ощутил легкое чувство нереальности увиденного. Ему захотелось зайти в храм, прикоснутся к нему.

Аккуратно ступая по посыпанной песком тропинке, Марио обогнул пруд и приблизился ко входу.

Он не знал, как вообще надо ходить в храм и что при этом делать. Вокруг никого не было и не у кого было спросить, открыто ли вообще. Окрыленный чувством прикосновения к великому, Марио сделал один шаг на ступеньку, сделал второй шаг и ступил на крыльцо. Он потянул дверь на себя. Дверь бесшумно отворилась.

Глаза не сразу привыкли к полумраку, когда Марио шагнул внутрь. К его обонянию сразу прикоснулся сладкий церковный аромат. Двери за притвором были открыты, Марио ступил в помещение трапезной. Сейчас столы и скамейки были сдвинуты к стенам. В углу стояла иконная лавка, которая была открыта, но внутри никого не было.