Арно Гайгер - У нас все хорошо

Филипп стоит у стены сада на последнем из стульев и прислушивается, затаив дыхание.

Однако отсутствие соседей грозит ему скандалом.

Он идет к фрау Пувайн и преподносит ей вишни. Господин Прикопа также сердечно приглашен. Он трижды звонит на почту, пытаясь разыскать почтальоншу. Но ему упорно отказывают и не называют фамилию сотрудницы.

Тогда он звонит своему коллеге. Там не берут трубку.

Он набирает номер отца. Тот дома.

— Эрлах.

— Привет, пап, это я, Филипп.

— Какой сюрприз. Удивил так удивил.

— Как у тебя дела?

— Не жалуюсь. А у тебя?

— Тут сейчас кровельщики. Чинят крышу.

— Значит, ты весь в делах?

— Можно и так сказать. А ты?

— Только что сложил в папку лицензии, которые они вернули мне сегодня по почте. Под конец года игру снимут с производства.

— Знаешь ли ты Австрию?

— Да. И это после сорока одного года. Плюс те годы, когда я сам был полновластным хозяином игры.

— И это когда я даже ночью думал, знаю ли я Австрию.

— Да, жаль.

— Пап, сегодня вечером я устраиваю небольшую вечеринку с грилем. Не хочешь прийти? Тогда и поговорим об этом.

— А я там кого-нибудь знаю? Кроме тебя?

— Фрау Пувайн?

— Понятия не имею, кто это.

— Господина Прикопу?

— Того, с телевидения? Смех — дело серьезное?

— А разве он не умер?

— Другого Прикопу я не знаю.

Молчание в трубке.

— Думаю, мне лучше остаться дома. И все же спасибо тебе, что вспомнил про меня. Ты на меня не обидишься?

— На что ж тут обижаться?

— Ну вот и прекрасно.

— Тебе грустно, что игру больше не будут выпускать?

— Немного. Но не так, чтобы очень.

Молчание в трубке.

— А ты помнишь, как в самом первом выпуске игры гласило последнее правило: проигравший не должен смеяться. В то время мне, двадцатилетнему, это казалось очень оригинальным. Как будто в Австрии кто смеется, когда проигрывает. Да мы почти всегда были в проигрыше. А сегодня, когда я включаю телевизор и вижу эти развлекательные шоу с молодыми людьми, добровольно позволившими запереть себя в четырех стенах, получается все как раз наоборот. Кто проигрывает и вылетает из игры, тот выходит перед камерой и говорит: огромное спасибо, было очень здорово, я горжусь тем, что сумел остаться самим собой. Это мне непонятно. Когда проигрывал я, то после этого я всегда становился другим. Я не любил проигрывать. Проигрыши никогда не шли мне на пользу.

Молчание в трубке.

— Только идиоты никогда не проигрывают, — говорит Филипп.

— Игру можно было бы еще раз модернизировать. С другой стороны, что уж теперь говорить, что прошло, то прошло. Я тебе никогда не рассказывал, что ДКТ [90] Das Kaufmannische Talant (коммерческий талант) — появившаяся в тридцатые годы и популярная до сих пор австрийская настольная игра, по своей сути очень напоминающая известную на весь мир «Монополию». до войны называлась «Спекуляция» и что нацисты хотели ее запретить, потому что они были против денег? Тогда игру в мгновение ока переименовали в Коммерческий талант, что придало ей аспект образовательной игры, и она пользуется успехом до сих пор. Немцы без всякого стеснения называют ее «Монополией».

— Знаешь ли ты Австрию? Это ведь тоже звучит как познавательная игра.

— Она таковой и является. Ну, да ладно, я уже сказал: проехали и забыли. Не переживай за меня. Может, и вправду не обязательно знать, как быстрее всего добраться от Куфштайна до Брука-на-Лейте. Если честно, то и мне это уже совсем безразлично: я предпочитаю оставаться дома. О’кей? Пойду снова прилягу. Как мило, что ты позвонил, Филипп.

— Ты тоже звони.

— И не сердись на меня, что я не приду. Да и дождиком в воздухе пахнет.

— Йоханна тоже так говорит.

— Йоханна, та, что была раньше?

— Да, она.

— Видишься с ней изредка?

— Вот именно, что изредка.

— Я не хотел быть назойливым.

— Ничего страшного.

— Ну, будь здоров.

— Ты тоже.

Филипп кладет трубку. Он подходит к двери, куда только что доставили заказанную еду, и бросает одно рыбное филе рядом со ступеньками крыльца. Филе предназначено кошке, которая в последние два дня тоже не удостаивает Филиппа посещением (потому что на чердаке она наелась крысиной отравы и окончила свой жизненный путь в шкафу на верхнем этаже — но Филипп этого еще не знает). Он втыкает факелы в землю, протягивает удлинитель в сад и запускает свадебную музыку. Он даже вытаскивает в сад кухонный стол и застилает его белой скатертью, чтобы все смотрелось прилично. Затем он снова влезает на стулья у стены в надежде пополнить короткий список гостей, готовых принять его приглашение.