Крас Алин - Магия Голоса. Книга вторая.

На третий день, дозорный, смотрящий в подзорную трубу, сообщил, что на том берегу появились орки. Передавая трубу из рук в руки, мы вглядывались в орочий берег. Шесть боевых повозок и тридцать воинов удалось нам увидеть, хотя, конечно, на таком большом расстоянии лиц и подробностей не разглядеть. Все напряжённо ожидали их дальнейших действий. Попытаются ли они переплыть пролив Океана или останутся на том берегу? Но нет. Переночевав, они, видимо поняв, что опоздали, ушли назад, в степь.

Всё это время Горус буквально не спускал с меня глаз, пытался поймать мой взгляд, отслеживал все мои перемещения, старался постоянно быть рядом, по возможности прикоснуться, взять за руку. Ночью неизменно укладывался спать рядом. И я нередко утром просыпалась в его жарких объятиях. Я не пыталась отгородиться от него, понимая, как ему сложно и тяжело приходится, оказавшись на чужбине.

Пожалуй, Еваниэль права, утверждая, что быть Дармией слишком большая ответственность и трудная ноша. Тут вон, даже не будучи Дармией, с каким-то диким орком, не знаешь, куда деваться от непрошенно свалившегося чувства ответственности.

К пятому дню, всё было готово к нашему уходу в Асмерон. Шесть переправленных из степи ящеров, успевших отдохнуть, запрягли в сделанные, за это время, новые повозки. Эти ящеры представляют огромную ценность для нас. В Эльфийском Лесу таких ящеров нет. Если удастся их размножить и выяснить у Горуса, как их дрессировать, то наши орки и те эльфы, которые не обладают ментальной магией, теперь тоже смогут передвигаться на колёсах.

Загрузили повозки лиофилизированными овощами и фруктами из запасов дозорных и рыбой, выловленной за эти дни. Усадили на повозки детей. Наконец, стали прощаться с воинами Дозора.

Эдмунизэль оставлял здесь весь двойной состав дозорных, опасаясь возможной попытки орков переплыть пролив, и обещал вскоре прислать им смену.

Двинулись в путь. Нам предстояло несколько дней идти по бездорожью, вдоль пролива на запад, и это самая трудная часть пути, а потом несколько дней на юг по хорошей дороге.

Я и Эдмунизэль, не умеющие управлять ездовыми степными ящерами, всегда шли пешком, а остальные взрослые, иногда подменяя друг друга, везли детей. Повозки ехали так неспешно, что не было необходимости специально останавливаться ради охоты или поиска пресной воды, всё это делалось по ходу движения. Еду готовили из запасов и подстреленной из лука или арбалета дичи привычным для орков способом. Утром - отварное мясо, вечером - похлёбка. Пили отвар из укрепляющих, полезных трав.

Наши цивилизованные лесные орки, по какой-то непонятной причине безоговорочно приняли лидерство дикого степного орка - Горуса. Советовались с ним по любому поводу и охотно выполняли все его поручения. Дети вообще смотрели ему в рот. И даже Такисарэль и Рон прислушивались к его мнению. Это вызывало недоумение у меня и Эдмунизэля. Но, глядя на всё это, невольно согласишься с его орочьим именем - Вождь!

Но самому Горусу с непривычки в лесу было не по себе. С одной стороны, он приятно удивлялся изобилию еды и воды. Здорово, когда каждый день можно ополоснуться в ручье, влажный воздух не иссушает кожу, вокруг несметное количество дичи, богатство растительности, комфортная температура и днём, и ночью, нет изнуряющего постоянного ветра и обжигающих прямых лучей солнц. С другой стороны, в густом лесу, где так легко спрятаться, ему казалось, что угроза притаилась за каждым деревом и каждым кустом, заставляя быть всё время в настороженном, изнуряющем напряжении.

Учитывая, что он не отходит от меня ни на шаг, придётся мне самой учить его понимать лес.

А ещё и перевоспитывать, борясь с агрессивным напором там, где это не нужно, объяснять, что не всё решается силой, что надо уметь договариваться, а главное - понимать ценность жизни разумного. А уж как убедить его в равенстве полов и женской самостоятельности, ума не приложу. Насколько легче с детьми, которые воспринимают всё вокруг с безбоязненным любопытством, радуясь сытой жизни, ничуть не страшась всего нового.

При каждой удобной возможности я учила Горуса эльфийскому, стараясь помочь ему Голосом, и поражалась его отличной памяти при запоминании слов, цепкости в усвоении грамматики, а вот произношение долгое время было носовым, типично орочим.

Наш путь в Асмерон оказался довольно спокойным. Произошло только два непредвиденных инцидента. Один раз Рон, не так хорошо ориентирующийся в нашем лесу, не заметил притаившуюся черепаху и, наехав на неё колесом, перевернул повозку. Никто из детей серьёзно не пострадал, а треснувший борт повозки быстро заменили срубленным тут же стволом.