– Я бы точно купил его, дружище, – засверкал глазами он, – и я бы не ездил на таком убогом автомобиле. И, не жил бы в хрущевки в этом районе. И не отмотал бы срок за маленький косяк с травкой. И…
– Ты был бы кем – то, если бы, не бы. А ты не задумывался над тем, что, возможно я придумал тебя человеком, а ты, почему – то, стал свиньей? Посмотри на детей. Они такие непринужденные. И все что им нужно это простое внимание своих любящих родителей. Немного неба, немного солнца, и вот, они уже смеются сидя в сырой песочнице. Почему же из них вырастают такие вот мудаки как мы с тобой?
– Я вырос в детском доме, – рыкнул он и еще раз засадил мне в нос.
Я заплакал от досады.
Откуда – то появился пузатый полицейский и постучав по моему плечу, нагло спросил:
– Что это мы разлеглись тут. Документики ваши можно лицезреть?
***
– Что, – переспросил Сидоркин, – ты что – то сказал?
– Мысли вслух, – крикнул я, – сколько нам еще лазить по этим катакомбам?
– Пришли, – торжественно прошептал ангел, и я увидел, что мы уткнулись в заржавелую, железную дверь. Сидоркин с трудом навалившись, отворил ее и знаком пригласил пройти вперед. Я нагнулся и прошел в узкий проход. Здесь было светло и шумно. Коридор напоминал малосемейку на окраине города. Повсюду сновали какие то люди. Меня они не замечали или же просто не видели. Одни стирали белье в белоснежных кафельных комнатах. Другие, спали, третьи, что – то жевали или просто смотрели телевизор. Мне стало почему – то подозрительно, что все здесь я вижу в виде коридоров. По сути, я перебирался из одного коридора в другой. И во всех случаях они были длинными и бесконечными. Менялась только суть. В данном случае коридор был максимально приближен к человеческим нормам. Всюду бегали чьи – то дети. Шлялись пьяные люди и полуголые девицы стреляли сигареты у всех подряд. В одной из ниш была устроена кухня, на подобии коммунальной. Здесь громоздились девять газовых плит и у каждой стояла замызганная женщина. Все они что – то бормотали и усердно перемешивали в своих кастрюлях.
– Найдешь здесь своих то? – Спросил ангел.
– Попробую, – ответил я и пошел по коридору вперед. В голове опять возник образ нашего с ней разговора…
– Неужели мой мир такой? – Спросил я у Герды, когда она перестала меня целовать. Неужели я мог придумать такую хрень? Всех этих людей? Все …ЭТО?
– Да, – утвердительно сказала она, – и скоро это станет реальностью, для всех. Все будут жить так, как придумал ты.
– Мне страшно, – сказал я тихонечко Герде и обнял ее. Я умер, я полюбил птицу смерти и…я создал ад на земле. Как мне жить то после всего этого?
– Жить нужно здесь и сейчас. Все дело, возможно, в свободе выбора? Ты придумываешь людей свободными от твоей воли. А они, чудят, творят что попало и в итоге обвиняют тебя. Ведь это ты дал им эту удочку. Вот, только не объяснил как ей пользоваться. Забыл самую малость. И вот, они уже бьют своего создателя в нос. И, поверь мне. Это только цветочки. Бывало и круче. Как ты там сказал, шуруповертом к кресту?!
– Было дело, – мрачно кивнул я
– Иди выспись, здесь для тебя комнату приготовили, – сказала она.
– Надеюсь, не в гробу? – Съязвил я, и проводил ее усталым и влюбленным взглядом.
– Ладно, ни пуха ни пера тебе, – крикнул Сидоркин в след и закрыл за мной дверь.
Я осмотрелся и пошел вперед. Разговор наш, я старался полностью выкинуть, стереть. Мне не хотелось и думать о том именно факте, что я и есть виновник всего дерьма в мире. Я не хотел ни верить в это, ни знать правды. Скоро, все будет так же, как и в моей жизни. Но, зачем тогда я придумал для себя такую плохую жизнь? Что, не мог придумать себе другой мир? Мог бы быть большой и скользкой медузой. Барахтаться где нибудь в мировом хаосе и питаться микроорганизмами. Мог бы, быть кометой или луной. Такой большой и желтой луной. Висеть над миром и молчать. Но я придумал маршрутки и рынки, ментов и олигархов, сквозняки и болезни, гопников и умников. Все, все, что крутилось сейчас в моей голове, был мой собственный мир, который я воспроизвел. Зачем же он нужен, такой мир? Со всеми этими грязными вокзалами и шлюхами. Бандитами и наркоманами? Зачем я придумал все так паршиво? Ведь на баб моих мне хватало больше фантазии. Я придумал ад. Я придумал …АД. Мне было стыдно. Я шел и силился что – бы не заплакать или не завыть от отчаяния. Нос болел. Как вдруг, увидел своего босса. Я подошел к выемке в стене и стал внимательно наблюдать за ним.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу