Наталия Костина - Только ты

– Ага, ага… ясненько…

Рита Сорокина была рада, что свидетельница так быстро поняла суть сказанного. А вот у нее самой в деле серийника, убивающего блондинок в парке, резкость никак не наводилась. И даже более: темнота все сгущалась и сгущалась… совсем как за окном, где тучи, нависшие над городом сплошной пеленой, подъедали остатки света, и даже лучи закатного солнца не пробивались сквозь низко нависший дождевой фронт. Она вздохнула и для поднятия настроения включила еще и настольную лампу.

– Маш, ты где?

– Игорь, тебе чего?

Лысенко не смог сразу идентифицировать место, откуда глухо слышался голос коллеги – не то из-за закрытой двери подсобки, не то из-за стеллажей с приборами и книгами.

– У тебя там что, срочное чего?

– Ну, в общем-то, да…

– Сюда иди… – Дверь, ведущая в крохотную комнатку подсобного помещения, распахнулась, и он вошел, щурясь на яркий свет ламп.

– А вы что тут делаете? – удивленно спросил он.

– Что-что… в порядок себя приводим, вот что! Дома некогда, да и попросить некого… безрукие все, как Венера Милосская! Вот и приходится на работе. Щас, подожди… полминуты осталось, и смою… меня последнюю накрасили…

Коллеги Маши Камышевой, поздоровавшись с гостем и смущенно улыбаясь, покинули тесную комнатушку, а он, озадаченно разглядывая лицо подруги, спросил:

– Маш, не понял – чего ты с собой вытворяешь?

– Игорь, вот сразу видно, что ты ни разу замужем не был… так, солнце мое, бабская красота и делается! А ты думал, как оно, все само по себе?.. Не-е-ет, дорогой мой! Если руки не приложишь, так и будешь ходить – чучело чучелом!

Брови эксперта Камышевой были покрыты густым слоем черной краски, лицо блестело не то от жира, не то от какого-то крема – майор в этом не очень разбирался, если честно. Наверное, потому, что действительно за свои тридцать пять еще ни разу не был женат. А лично при нем девушки такого не проделывали. «Наверное, это слишком интимный процесс», – подумал он, стараясь не особенно пялиться, чего там Машка себе не то красит, не то обесцвечивает. Однако отвернуться и не смотреть было проблематично – в подсобке не было ничего интересного, кроме самой эксперта Камышевой, под глазами которой красовались какие-то зеленые штуки непонятного назначения, а на руках были надеты шерстяные перчатки, из-под которых виднелись еще и резиновые, используемые обычно при работе с реактивами.

– Так… чего у тебя… дай сюда, я гляну.

Игорь протянул ей бумаги.

– Ага… поняла… тебе срочно?

– Маш, ну чего бы я к тебе сам лично поперся, если бы не срочно?

– Ладно… вот зараза, в глаза попало! Ой, щиплет как!! Все… смываю!

Подруга ловко стащила с рук перчатки, наскоро обтерла пальцы туалетной бумагой, стряхнула зеленые штукенции и, отдирая от казенной бобины огромные клочья технической ваты, стерла с лица потрясающие воображение брови и с облегчением плеснула в лицо спасительной влаги. После водной процедуры эксперт стала снова похожа на давно знакомую ему Машку, а не на мачехину дочь Марфушеньку-душеньку из сказки «Морозко».

– Погоди… еще раз умоюсь… – Она, дотошно вглядываясь в свое отражение, смыла остатки косметических средств, благо в подсобке было все – и раковина с водой, и мыло, и даже нечто неведомое, но очевидно нужное, в большом количестве громоздящееся на полочке в многочисленных пузырьках.

Мария Васильевна придирчиво осмотрела результаты процедуры и, кажется, осталась довольна:

– Вот, теперь ногти на ночь накрасить – и порядочек… Завтра в гости, а домой придешь – и собой заняться некогда. То вари, то стирай! Вам, мужикам, чего – умылся, побрился, шнурки новые купил – и красавец! А нам и брови, и ногти, и волосы… где красить, где выщипывать, где брить… главное при этом не перепутать! А еще скрабиться и кремиться, и маски нужно делать, и ванночки для рук… а когда, спрашивается? Вот и урываешь, когда можно. Анекдот слышал?

– Какой?

– Щас расскажу. Муж говорит жене: «Дорогая, надевай на ночь носочки, у тебя пальчики на ногах некрасивые!» А она ему: «Тогда и ты, дорогой, надевай пиджак, трусы, ботинки и шляпу!»

– Это не про меня, случайно? Смеяться можно?

– Вольно, разойдись! Ты вот, между прочим, любишь, чтобы бабы вокруг красивые ходили, а сам посмотри, на что похож!

– На что? – озадачился майор.

– Смотри! – Машка ткнула в него зеркалом.

Игорь заглянул в изрядно увеличившее его личность стекло, но не увидел ничего нового. Физиономия как физиономия… Всегда такая была… Острый нос, ярко-голубые глаза, ну… веснушки видно сквозь загар… но не баба же он, в самом деле, чтобы из-за каких-то там веснушек переживать?