Кэти Гольке - Спасая Амели

– Только не сегодня, отче. Сегодня у меня нет настроения беседовать с Генрихом ни о чем, кроме его соло.

Курат Бауэр кивнул, вспоминая заплаканное лицо Лии, которое стало еще красивее.

– Я могу вам чем-то помочь, фрау Гартман? – Он широко развел руками. – Вы так много сделали для меня, для наших детей. Сочту это за честь.

Она открыла было рот, но остановилась, явно передумав. Потом произнесла:

– От Фридриха нет писем уже… уже слишком долго. Я боюсь…

Часы на церкви пробили три раза, и в класс заспешили ученики.

Лия вытерла слезы, выпрямила спину, глубоко вздохнула.

Курат Бауэр сжал ее плечо. Ее боль была ему знакома – и у него не было ответа. Он поклонился, шагнул к двери, давая возможность самым маленьким детям утешить фрау Гартман своими объятиями. Детские объятия – он знал это – лучшее лекарство для ее души!

На спинки скамей легли тени, когда курат Бауэр, поглощенный беседой с заезжим американским журналистом, поднял голову и заметил решительно шагающих по проходу бургомистра и Максимилиана Гризера.

Курат Бауэр никак не ожидал бургомистра сегодня. Откровенно говоря, из-за непреодолимых идеологических различий эти двое редко общались. Поэтому возникла определенная неловкость, когда священник познакомил мужчин друг с другом.

– Бургомистр Шульц, позвольте представить вам Джейсона Янга, который приехал, чтобы написать новую статью о нашей подготовке к предстоящему сезону «Страстей Господних». Герр Янг, знакомьтесь, наш бургомистр.

– Надеюсь, немного публичности вам не повредит, – произнес Джейсон.

– Постановке – да. – Бургомистр расправил плечи. – Очень любезно с вашей стороны, герр Янг. Но прошу меня простить… Курат Бауэр, я должен поговорить с вами… касательно постановки.

Однако курат Бауэр не хотел, чтобы прерывали их беседу с журналистом, и не мог скрыть, что удивлен неучтивостью бургомистра.

– Господин бургомистр, я буду к вашим услугам, как только покажу герру Янгу наш детский хор. Фрау Гартман с минуты на минуту должна закончить занятия. – Священник подхватил журналиста под локоть. – Это хор самых маленьких детей. У них великолепные голоса.

Бургомистр вновь вмешался:

– Пожалуйста, курат, до того как вы продолжите беседу с герром Янгом… Это займет всего секунду. Может быть, Максимилиан проводит нашего гостя?

Джейсон округлил глаза, потом коснулся двумя пальцами лба в шутовском приветствии.

– Продолжим позже, курат. – Он протянул руку. – Приятно было с вами познакомиться, господин бургомистр. С нетерпением жду нашей встречи в более подходящее время.

Джейсон был бы несказанно рад, если бы распрощался с юным гитлеровцем у двери. Надежда, что ему удастся встретиться с Лией Гартман без свидетелей, оказалась напрасной.

– Значит, вы патрулируете церковь? – поинтересовался Джейсон.

Ему показалось, что мальчишка шагает с таким видом, как будто он здесь хозяин.

– Я служу там, где больше нужен, – ответил Гризер высокопарно. – Отнеситесь к фрау Гартман со всем надлежащим уважением, герр Янг.

Джейсон едва не прыснул от повелительного тона юнца. Но он не испытывал к Лии Гартман ничего, кроме уважения, и очень надеялся оказаться у нее в долгу.

– Разумеется, – пообещал он серьезно.

Как только они вошли в ту часть церкви, где располагалась школа, их тут же увлекли звуки пианино, и до слуха Джейсона донеслись сладкие голоса. «Курат Бауэр был прав … они поют, как ангелы».

Джейсону так не терпелось увидеть сестру Рейчел – узнать, насколько она похожа на свою сестру-близнеца в реальной жизни, – что он решился преградить Гризеру путь к двери в класс. Журналист понимал, что его приход отвлечет и учеников, и их учительницу.

– Позвольте минутку-другую насладиться музыкой.

Гризер нахмурился и уже набрал воздуха в грудь, чтобы дать достойный ответ, но Джейсон прикрыл глаза, прислонился к стене, не обращая внимания на вспышку юношеского раздражения. Прошла минута. Джейсон слышал, как юный гитлеровец нервно топчется рядом, но глаз не открывал. Музыка по ту сторону двери парила, словно на крыльях ангела. «Неужели в современной Германии может быть что-то более чистое, более красивое, более настоящее?»

– Правда, это истинное таинство? – прошептал курат Бауэр на ухо Джейсону, как будто прочел его мысли.

– Не слышал, как вы подошли, курат. – Джейсон досадовал на себя за упущенную возможность побеседовать с сестрой Рейчел наедине и расстроился из-за того, что курат застал его врасплох.