Лотти Могач - Поцелуй меня первым

Может, она покинула коммуну и отправилась автостопом в другую. Сидит там у костра, мастерит финтифлюшки из перьев и веревки и на пару с каким-нибудь нечесаным австралийцем возмущается по поводу цен на хлеб. Может, она влюбилась в очередного искателя приключений и вместе с ним разъезжает по дорогам Испании в домике на колесах. А может, она и вовсе уехала из Испании, как Адриан, заказав себе поддельный паспорт у какой-нибудь темной личности в гранадском баре.

Может, теперь ее зовут Ава Рут, и она у меня в друзьях на «Фейсбуке».

Эта мысль посетила меня пару дней назад. Прежде я полагала, что Ава Рут – это вымышленное имя, под которым скрывался Адриан с целью обсуждать проект «Тесса», не навлекая на себя риск. Незадолго до того, как все раскрылось, наше общение сошло на нет, и с тех пор от Авы ничего не было слышно.

В прошлое воскресенье я опубликовала на «Фейсбуке» несколько фотографий, снятых за день до того во время прогулки с Джонти и его компанией в Броквелл-парк. Земля была густо укрыта разноцветной опавшей листвой – привлекательное зрелище, – и на одной из фотографий Саския, подруга Джонти, бросает в меня охапку листьев. Я не возражала, потому что мы дурачились, и на фотографии видно, что мы обе смеемся.

Под фотографией Джонти и Саския, и еще Беттс, тоже студентка театральной школы, оставили отметку «Мне нравится». А вчера отметку «Мне нравится» оставил кое-кто еще – Ава Рут.

Адриан сидит в тюрьме где-то в окрестностях Чикаго. Доступа к интернету у него нет – я проверяла. Даже если бы он и вышел в Сеть, полагаю, у него есть дела поважнее, чем просматривать фотографии, где в меня бросают листьями в лондонском парке.

Так что не исключено, что «Ава Рут» – это Тесса. Она не стала лишать себя жизни и, начав все заново, все же решила связаться со мной. Может, ей стало скучно и захотелось поиграть с огнем; может, она просто хотела узнать, как у меня дела. А когда поняла, что я принимаю ее за Адриана, рассказывая в подробностях о ходе проекта, о ее семье и друзьях, о том, что происходит с ней в Сойнтуле, то не стала себя выдавать. Я ее понимаю. Ей страшно хотелось знать, что здесь происходит.

Если Адриан не скрывался под именем Авы Рут, тогда понятно, почему он так странно повел себя, когда мы встретились в торговом центре «Вестфилд» в самый разгар проекта. Дело не в том, что он внезапно охладел ко мне и к Тессе. Он потерял к нам интерес задолго до этого, как только Тесса «уволилась». В газетах писали, что психопатам свойственно «хроническое чувство скуки».

Профиль Авы пуст, и других друзей, кроме меня, у нее нет. Я хотела спросить у нее напрямик, кто она такая, но чутье подсказывает, что делать этого не стоит – она может исчезнуть навсегда. Видимо, придется принять как факт, что некоторые стороны жизни останутся оттенками серого, и что это не так уж и плохо.

У меня появились новые друзья на «Фейсбуке», теперь их девяносто семь. В основном это приятели Джонти, с которыми я познакомилась, когда они заходили в гости. Недавно я познакомилась с Тиа, они с Джонти вместе занимаются в театральной школе. Тиа очень милая. Два дня назад они с Джонти позвали меня в паб на берегу реки, и я приятно провела время, слушая их разговоры о том, как несладко приходится в Лондоне начинающим актерам. Тиа рассказала мне об агентстве, через которое можно найти временную работу в офисе и работать столько, сколько пожелаешь, а если надо отлучиться, к примеру, на прослушивание, то можно взять отгул, не предупреждая об этом за целую неделю.

– Работа нудная, – подытожила Тиа, – но зато есть возможность совмещать ее с чем-нибудь еще. Работают там в основном актеры, но я думаю, тебя тоже возьмут.

– Ха, Лейла не одного актера заткнет за пояс, – хихикнул Джонти.

Тиа прислала мне номер агентства, и на следующей неделе у меня собеседование. Женщина, принявшая звонок, решила, что ослышалась, когда я сказала, что печатаю со скоростью восемьдесят слов в минуту.

Джонти бросил актерствовать. «Меньше всего людям нужен еще один безработный актеришка», – сказал он, пошел учиться на экскурсионного гида и устроился на пассажирский катер, катающий туристов по Темзе. В мой день рождения он пригласил меня прокатиться. Я радовалась, что не стала отпускать волосы: иногда катер прибавлял ходу, и ветер нещадно трепал длинные волосы других пассажирок. Джонти, как стажер, еще не вел экскурсию, но постоянно встревал со своими комментариями. «Бедная Кэннон-стрит, скучнейший из мостов через Темзу». Когда по левую сторону показалось здание театра, Джонти заявил: