Ольга Карпович - Малая Бронная

– Держи его крепче, ради бога! – участливо посоветовал Володя. – Акбар ни разу не ел свинины!

– Сам держи крепче свою псину, маньяк! – огрызнулась Люся. – Иди сюда, миленький, иди к мамочке, мамочка тебя пожалеет… – засюсюкала она над хряком.

На этом эпизод ловли свиньи был завершен, и поездка продолжилась.

Лхаса давно осталась позади, и путь наш пролегал теперь между поросшими травой каменными горными уступами. Здесь, в долине реки Брахмапутра, жили в основном земледельцы. Часто удавалось рассмотреть бредущих вдоль дороги крестьян, ведущих за собой нагруженных корзинами яков и ослов. Что они умудрялись выращивать тут, на высоте более четырех тысяч метров, оставалось для меня загадкой. Потом плодородные земли кончились, мелькнула полоса желтых тополей, и потянулись угрюмые горные склоны, кое-где поросшие пятнами можжевельника. Здесь были земли кочевников-скотоводов, и кое-где в ущельях виднелись их черные палатки, сделанные из ячьей шерсти. Окна автобуса пришлось закрыть – мы начали задыхаться от поднятой колесами дорожной пыли. Дорога то поднималась, то резко спускалась. Продолжать непринужденный дорожный треп уже не было сил. Половина группы склонилась над пакетами, остальные крепились изо всех сил, но вид тоже имели несколько бледноватый. Я же успокаивала себя тем, что основа всех достижений в учении Гаутамы Будды – мужество. Ощущая себя первопроходцем тибетских земель, я боролась с тошнотой и слабостью и в конце концов задремала.

Когда я проснулась, за окнами уже стемнело. Наша процессия въезжала в довольно крупный городок, который должен был на ближайшие двадцать дней стать нашим домом. Город состоял из двух частей – древней тибетской и современной китайской. Там, в китайской части города, представлявшей собой ничем не примечательный обычный азиатский район с асфальтированными улицами, бензоколонками, магазинами и невысокими мотелями, мы и высадились из автобуса. Сопровождаемые настороженными взглядами так и не покинувших джип полицейских, направились ко входу в гостиницу, в которой Гриб заблаговременно забронировал для нас несколько номеров. Измученные киношники, уже не в силах переговариваться и упражняться в острословии, молча разбирали ключи и разбредались по номерам. Я же успела хорошенько выспаться в автобусе и потому была готова к новым впечатлениям.

– Хочу прогуляться по городу, – сообщила я Сергею Ивановичу. – А то завтра вы опять ни свет ни заря потащите нас в горы, и я так ничего тут и не увижу…

– Я с тобой! – тут же подскочил ко мне Андрей.

– Зачем? – я всеми силами пыталась избежать неминуемого разговора. Еще предстояло придумать убедительную причину, почему я прекращаю наш пылкий роман. Ведь не объяснять же ему, в самом деле, что я сошлась с ним только в отместку Авалову и теперь, когда необходимость в мести отпала…

– Ну как же, а вдруг тебя кто-нибудь утащит? – не отставал Андрей.

– Да брось! – махнула я рукой. – Ты же устал, иди, отдыхай. Тебе еще не надоело быть моей дуэньей? Уверяю тебя, никто меня не утащит!

– Я с тобой! – решительно повторил тот.

Я раздраженно пожала плечами и двинулась вниз по лестнице. Андрей следовал за мной, как безмолвная, но очень упорная тень.

– Завтра подъем в шесть, не загуливайте! – сурово бросил в наши удаляющиеся спины Сергей Иванович.

Поймав на улице такси, мы с Андрюшей направились к тибетской части города, а именно – к главной его достопримечательности, древнему монастырю Ташилунпо. Монастырь представлял собой настоящее «государство в государстве» – обнесенный каменной стеной городок с многочисленными ступами, обелисками и башенками, украшенными великолепными статуями и росписями.

– Представляешь, – прошептала я, пораженная мрачной величественностью древних построек, – он был основан в пятнадцатом веке! Здесь располагался орден монахов-воинов. Видел, наверно, в кино таких? – я изобразила дерущихся палками героев многочисленных псевдоисторических боевиков.

– Ага, ага, такие, с нунчаками! Как Джеки Чан! – восторженно закивал Андрейка и радостно сграбастал меня в охапку, намереваясь продемонстрировать, что больше не обижается.

– Андрей, подожди! Отпусти меня, слышишь? Я хочу осмотреть монастырь!

Однако полюбоваться грандиозным строением нам удалось лишь из-за крепостной стены. Ведущие на территорию монастыря старинные чугунные ворота оказались заперты. Навстречу вышел суровый монах в хламиде.