Эдвард Резерфорд - Ирландия

На самом деле упадок начался еще тогда, когда его отец был мальчишкой. Этому способствовали и неурожаи в течение нескольких лет подряд, которые вызвали голод во всей стране. А потом началась война Англии с шотландцами. Король Эдуард I, прозванный за свой высокий рост Длинноногим, а за свои боевые походы – Молотом Шотландцев, возможно, и одолел шотландского героя Уоллеса, но после этого шотландцы нанесли ответный удар. Роберт Брюс и его брат Эдуард разбили английскую армию возле Бэннокбёрна и вселили в шотландцев новые силы. Поэтому неудивительно, что великие ирландские кланы стали задумываться, не стоит ли и им тоже сбросить с себя английское ярмо. И заключили сделку. О’Конноры и О’Нейлы объединились с Эдуардом Брюсом, и тот привел в Ирландию немалые силы шотландцев.

– Так мы заставим англичан сражаться на два фронта, – рассудили они. – И выгоним их и из Ирландии, и из Шотландии.

Ирландские вожди тут же пообещали Эдуарду Брюсу, что в случае победы он станет верховным королем.

Возможен ли был такой успех? Не исключено. Брюс и его сторонники внезапно появились на севере и продвинулись почти до стен Дублина. Однако дублинцы заперли перед ними ворота, а остальная Ирландия отказалась воевать на их стороне. Это была древняя ирландская проблема: на острове не существовало единства. Древний могущественный клан О’Нейл обнаружил, что может рассчитывать лишь на самых близких друзей.

А вскоре Брюс был убит, и возрождение воинского духа кельтов на этом завершилось.

Но кое-что изменилось. Прежде всего, Ирландия стала беднее. Англичане уже не стремились перебираться на остров, а некоторые поселенцы даже стали уезжать. Английское правительство вкладывало в остров все меньше денег. Черная смерть лишь усугубила эти веяния. А к тому времени, когда Роберт Харольд повзрослел, Англия и Франция начали свое бесконечное противостояние, известное как Столетняя война, и английский король уже не видел пользы в острове, если не считать денег, которые он с него получал, а их становилось все меньше и меньше с каждым десятилетием. Насколько было известно Харольду, в настоящее время король Англии получал с Ирландии всего около двух тысяч фунтов стерлингов в год. Прежде, во времена Эдуарда Длинноногого, эта сумма была в три раза больше. Король отправил на остров юстициара, своих верных слуг и однажды даже своего сына, но королевский интерес к острову угасал.

Несколько лет назад в приступе безосновательной паники, вдруг решив, что в Дублине небезопасно, казначейские чиновники спешно перевезли все деньги в замок Карлоу. Харольд считал это признаком скудоумия и трусости, и ничего, кроме презрения, этот поступок у него не вызвал. И вообще, он не слишком доверял людям короля.

– Если англичане хотят поддерживать порядок в Ирландии, то должны сами его соблюдать, – любил повторять Харольд, поскольку у них был собственный парламент, который обладал значительной властью и часто собирался в Дублине. – Наша беда в том, что у нас нет настоящих лидеров, – добавлял он.

Но не только корона страдала от беспорядков на острове. Многие лорды, имевшие поместья и в Англии, и в Ирландии, решили, что западный остров с таким неуправляемым коренным населением не стоит того. Они оставили свои ирландские имения на управляющих и удалились на другую сторону моря. Не меньшей проблемой стало то, что огромные владения самого Стронгбоу были разделены между его наследниками, а последние поколения раздробили их еще сильнее. Так что вельможи, которые могли бы послужить оплотом против сил беспорядка, в основном исчезли.

Осознавая шаткость своего положения, король Англии принял одну важную меру: он создал три больших графства, которые могли передаваться только по мужской линии, без всякого деления на части. Графство Ормонд он отдал влиятельной семье Батлер, графства Килдэр и Десмонд перешли к двум ветвям рода Фицджеральд, перебравшегося на остров вместе со Стронгбоу. Эти графства занимали районы, лежавшие вне власти короля Дублина, и хотя они безусловно были достаточно могущественными, чтобы воплотить английские порядки на больших территориях внутренних земель Ирландии, они больше походили на независимые кельтские королевства, чем на владения английских вельмож, и управлялись так же, как управлялись бы ирландскими вождями. Все их интересы лежали в Ирландии. И Харольд даже втайне подозревал, что, если бы английское правление в Ирландии рухнуло, великие графы, скорее всего, остались бы на месте, рядом с ирландскими королями.