Эдриан Джоунз Пирсон - Страна коров

Мы еще немного поговорили. Наконец я мучительно сглотнул и сказал:

– Извините меня, сэр, но мне нужно в уборную – переодеться в костюм…

Когда я вернулся, доктор Фелч стоял на том же месте и беседовал с секретаршей.

– Это, что ли, аккредитор вон там? – спросил я.

– Он самый. Они опоздали на автобус. Поэтому веселиться и праздновать сегодня будут вместе с нами.

– Ох нет!

– Ох да . И не только они. Вон там у вас наследники Димуиддлов. А там – почасовики. За тем столом у стены, рядом с дыркой для анонимного отсоса, сидят вожаки нашего студенчества. А напротив них – стол для сановников с мэром и его супругой, с главным инженером округа, тренером местной футбольной команды старшеклассников, его племянницей и тремя преуспевающими выпускниками, которые ныне управляют собственными заведениями в Предместье. В таком маленьком кафетерии многообразия, как видите, прорва. И до черта инклюзивности, Чарли. О, и еще Мерну вы упустили. Она ушла за несколько минут до вашего прихода…

– Здесь была Мерна Ли? Но я же думал, она умерла?

– Умерла?! С чего это вы так решили?

– Ну, все говорят о ней все время так, будто она покойница. Помните, вы еще все устроили ей душещипательные поминки у реки? Вы даже развеивали ее пепел!..

– Ничего она не умерла – боже мой, Чарли, – она на пенсии! Несмотря на некоторое пересечение, эти два понятия довольно различны…

– Но как же быть с поминками , что вы по ней устроили? К чему проводить поминки по человеку, который еще жив?!

– А почему ж нет? Или нам следует вспоминать только покойников? Разве не должны мы с той же степенью нежности помнить и живущих? Почему нам обязательно нужно ждать, пока что-то уйдет в историю, прежде чем мы с любовью отдадим ему дань?

– Наверное, в этом есть смысл.

– Само собой, есть! То есть не к этому ли стремится вся последовательная литература?

– Откуда мне знать? Но как же пепел… как вы объясните его?

– Мерна всю жизнь курила и хранила огромную урну пепла – накопившегося за сорок лет, – на полу у себя в кабинете. И вот мы наконец помогли ей, развеяли его – в тот вечер у реки.

– Понятно.

– А вы это пропустили.

– Верно.

– Так же, как и сегодня вечером упустили ее.

– Верно.

– Вы много всего, Чарли. Но поскольку при этом вы ничто не целиком, то и пропускаете в этой жизни так много.

– Я знаю. И мне действительно очень жаль. Я пытался доехать сюда вовремя. Но, кроме того, я понимаю, что в жизни существует такое, что попросту гораздо важнее…

– Времени?

– Да.

– Например, что?

– Например, тьма.

– И?

– И дождь.

– И?

– И любовь.

– И?!

– И звезды в небе. Все это поистине важно, доктор Фелч. Жизнь в Коровьем Мыке научила меня все это ценить. Живя тут, я постепенно выучил этот урок – мучительно…

– Может, оно и так. Но я думал, вы в костюм свой переоденетесь…

– А я нет?

– Очевидно, нет. Вы по-прежнему в том, что надевали в город…

– Правда?

– Чарли, вы по-прежнему те пилюли принимаете?

– О да.

– Обе?

– О нет! Я теперь пью только одну.

– Ту, от которой засыпать?

– Полагаю, да. Хотя с какой-либо определенностью сейчас трудно сказать. В данный момент оно все как-то мешается вместе.

– Так или иначе, не забудьте про костюм. Только что группой заявилась кафедра математики. И мне нужно еще сделать для всех важное объявление.

Я схватил спортивную сумку и вернулся в мужскую уборную, где доктор Фелч уже стоял рядом с дозатором бумажных полотенец.

– Миленькие у вас сапоги! – сказал он.

– Спасибо, – ответил я. – Но как вам удалось так быстро сюда зайти? Как вы обогнали меня к дозатору полотенец?

– Вы это о чем? Я только что вошел. А до этого пятнадцать минут жал руки всем присутствующим.

– Но!..

– Чарли, вы, похоже, как-то тормозите, друг мой. Судя по виду, вы теряете власть над тем, что вас окружает.

– Это совершенно возможно. Пилюля, которую я принимаю… она… видимо, действует…

– Хорошо. Будем надеяться, она принесет вам заслуженный сон…

Доктор Фелч оторвал от дозатора полотенце.

– Кстати, а когда будет еда?

– Скоро.

– Как скоро?

– Очень скоро!

– Ну, вам имело бы смысл известить всех о том, что происходит, или пиши пропало. Уже почти десять, а люди в этом помещении с шести. Некоторые даже дольше! Тут просто яблоку негде упасть. Они сбились сюда, как скот в раскол для скота. Как патроны в коробке с патронами. Как куски мела в коробке, содержащей много кусков мела. В помещении потно и тепло от недостатка вентиляции. В костюмах жарко. Ваши коллеги устали и очень голодны. Чарли, если вы не предоставите им еды – или хотя бы не пообещаете им еды, – у нас случится бунт!..