Эдриан Джоунз Пирсон - Страна коров

Уилл скомкал салфетку и подоткнул ее под край своей десертной тарелки. И с тем принялся рассказывать нам свою историю. Полуденное солнце продолжало спуск за стойку с салатами, а Уилл Смиткоут принялся излагать нам длинную и запутанную историю общинного колледжа Коровий Мык.

– История общинного колледжа Коровий Мык, – пояснил он, – начинается десять тысяч лет назад с двух фертильных коров: одна была рыжей с рогами, а другая – безрогой и черной…

– Со скота?

– Да. Наша история начинается с этих двух коров…

– Во время оно жил да был один человек, у которого было две коровы: одна рыжая с рогами, а другая безрогая и черная…

Тут Уилл умолк.

– Ха! – рассмеялся он. – Во время оно! Всегда мечтал начать такими словами исторический трактат. И вот наконец начал!..

– И каково оно вам?

– Да отлично!

Уилл удовлетворенно кивнул. Затем сказал:

– О чем это я?

– Вы были дома. Сейчас день. Десять тысяч лет назад жил да был один человек с двумя коровами…

– А, ну да. Человек с двумя коровами…

Уилл гортанно прочистил гортань. После чего продолжил:

– Во время оно, видите ли, жил да был один человек с двумя коровами: одна рыжая и с рогами, а другая комолая и черная…

– Случилось это в ранние дни мира, когда учитывали даже и окрас. Когда земля была широка, а животные равнин перемещались, как им вздумается. Тогда еще существовали такие твари, что ныне для нас непостижимы. Там были медведи с широкими плечами и жирафы с короткими шеями. Существовали буйволы размером с «олдзмобилы» и птицы выше среднего администратора в области образования. То были дни, когда человек был человеком, а животные – самими собой. И посреди всего этого жил честолюбивый аграрий, ставшим первым одомашнивателем скота…

…Ну а прежде, чем я продолжу, мы должны остановиться и немного порассуждать об этом достижении. Видите ли, в те дни отнюдь не было данностью, что бычьи – наши домашние животные. В те дни предшественник покорного бычьего был в несколько раз больше своих нынешних размеров. Здоровенный, что трубящий слон. Энергичный, что средний учитель математики. Коровы в те времена были дики и своенравны и одомашниваться отнюдь не намеревались. И вот в таком контексте тот один человек заметил, как на склоне холма пасутся две коровы: одна рыжая с рогами, а другая черная и комолая…

…И вот человек увидел тех двух коров и однажды загнал их в загон, который сам же и придумал. Обе они были дики и непредсказуемы. Но запертые в человеческий загон, они отнеслись к своим судьбам совершенно по-разному. Первая корова – черная – выбрала примирение. Она была умеренна и сговорчива. Не выходила за ограды, которые возвел человек, не чинила никаких хлопот. За много лет черная корова обильно размножилась и стала той черной коровой, которую вы видите сегодня. Теми черными коровами, мимо кого вы проезжали в своем путешествии к ныне не работающей ферме «Коровий Мык» и чьего маленького черного теленка кастрировали простым карманным ножом…

…Ну а рыжая корова, напротив, ну – это совершенно другая история. Рыжая, видите ли, предпочла конфликт. При каждом удобном случае она таранила рогами изгородь пастуха. Разбивала ворота, которые возвели, чтоб ее удерживать. Она прыгала и билась, и терлась о барьеры, предназначенные для ее сдерживания. Когда приходил человек, она бросалась на него. А когда приближалась черная корова, она бодалась и кидалась. Насаживала на рога. Потрошила. И однажды, когда человек смотрел в другую сторону, рыжая корова пробила изгородь и убежала обратно на склон холма, с которого и пришла…

– …Фермера это обескуражило. Ибо там, где у него некогда было две коровы, теперь осталась только одна. Но чтоб ни в чем себе не отказывать, он тут же начал разводить черную корову саму по себе. Со временем черная корова наплодила себе подобных – тоже черных коров, как мужского, так и женского пола, и те со временем тоже расплодились. За все это время черные коровы утратили воспоминания о том, что некогда у них были рога, или о склоне холма на свободе, и за все это время они обзавелись толстыми ногами и мясистыми боками, которые и стали отличительной чертой породы. Пастух, глядя на это, был доволен. Таков, понимал он, и есть прогресс…

…За много веков честолюбивый пастух обнаружил без счета других результативных черт, что позволили ему улучшить породу. Он скрещивал покорнейших бычков с покорнейшими телками, и происходило покорное потомство. Он скрещивал самых мясистых быков с самыми мясистыми коровами, и получались мясистые телята. Со временем он стал скрещивать ради веса, размера и норова. Он скрещивал ради количества молока и ради качества мяса. Он скрещивал ради плодовитости, подвижности и кротости. Он скрещивал ради увеличения мраморизации и уменьшения выкидышей. Постепенно он так усовершенствовал породу, что она давала больше молока и производила больше мяса, была терпимее, любящее и здоровее. И это он тоже понимал как прогресс…