Патрисия Мело - Матадор

Я стал искать конверт, который Сантана велел оставить в моем ящике, нашел его. Сиденил, мулат, семнадцать лет, район Жардим Кампинас. Украл сигареты и выпивку из кондитерской Карлуса. Карлус, Карлус, да, помню, Карлус был одним из наших клиентов. Кинью, шестнадцать лет, мулат, член банды наркоторговцев. Эваристу, тринадцать лет. Ничего себе, тринадцать лет! Торговец лимонами, токсикоман. Пытался украсть часы у жены Титу, дознавателя.

По этим материалам мы и работали. Когда какой-нибудь малолетний преступник оказывался в полицейском участке, откуда его направляли в детские исправительные учреждения, дознаватели фотографировали их и составляли досье, где фигурировали имя, прозвище, возраст, сфера деятельности, и отправляли все это к нам, в «Альфу».

Я попросил Фатиму позвать Эноха и передал ему досье, я займусь этим сегодня же, сказал он. Энох спросил, есть ли свободная машина, попроси у Сантаны, пусть даст тебе какую-нибудь патрульную машину, сказал я.

Я открыл шкаф, достал свой тридцать восьмой калибр. Я уже много времени не работал на улице, у меня была команда из сорока парней, которые работали на меня, но были проблемы, с которыми бы они не справились, мне следовало пойти самому. С собой я взял троих своих парней.

Руки вверх, все на пол!

Бар находился на одной из окраинных улиц, недалеко от плотины Биллингс.

Я расхаживал между людьми, неподвижно лежащими на полу, некоторые женщины ерзали и немного шумели, эти коровы никогда не умели держать себя в руках. Тот, кого я искал, лежал возле бильярдного стола, ты, сказал я, пойдешь со мной. Парень не хотел вставать, я пнул его ногой в живот, но он все равно не желал подниматься с пола Мои ребята затолкали его ко мне в машину. Я выполняю условия нашего договора, я не лезу на твою территорию, я вообще больше не занимаюсь этим. Заткнись, сказал я и стал искать место, где припарковаться, футбольное поле, вокруг никого, я остановился. Значит так, сказал я, слушай и запоминай, ты соберешь свою черножопую команду и вы совершите налет на офис автобусной компании этого американера, она называется «Тобиас Менезес», вы пойдете туда сегодня ночью и завтра ночью тоже, перебьете охрану, половину того, что найдете, мое, я хочу, чтобы этот тупорылый янки жрал дерьмо, надеюсь, мы договорились? Я нашел работу, я вне игры, вот моя карточка сотрудника. Я взглянул. Рассыльный в офисе какой-то сталелитейной компании. А что ты делал в баре? У меня обеденный перерыв. Отлично, сказал я, у тебя ведь есть еще и перерыв на сон, верно? Ты окажешь мне эту услугу в свободное от работы время. Или, может, ты хочешь, отказаться?

Верли – забавное у него было имя, я даже не знаю, имя это или фамилия, – был типичный говнюк, мелкий пакостник, однажды, когда он стоял передо мной на коленях, а я держал пистолет у его головы, он прошептал: Долорес, спаси меня. Что ты сказал? спросил я. Долорес, так зовут мою маму. У наших матерей было одно и то же имя – Долорес, я решил, что, наверное, это неспроста, и велел ему убираться, чтобы ноги твоей в нашем районе не было, иначе в следующий раз я вышибу тебе мозги.

Верли согласился оказать мне услугу.

Я обогнал грузовик, дорога была свободна, небо синее, Эрика поставила очередную кассету в магнитофон, мы медленно спускались по извилистому шоссе.

Выходные в Убатуба, отель «Миранда», двуспальная кровать, покрывало в цветочек, в ванной фен и куча всевозможных баночек с пенами и кремами, из окна открывается вид на море, роскошный завтрак, почти трехметровый стол, уставленный напитками, фруктами, желе и сырами самых разных сортов.

Утром – пляж.

Днем мы пообедали в ресторане «Залив», я заказал запеченных омаров. Потом у нас был шопинг, Эрика купила две шляпы, три платья и ползающую куклу для Саманты. Мы съели двухслойное мороженое, политое горячим шоколадом, и выпили кофе.

Вечером Эрике захотелось посмотреть настоящую тропическую дискотеку, стробоскопический свет, живые пальмы, официанты, вернее, официантки, одетые по-гавайски, на входе надо приобрести бусы, и каждая бусинка – это местная валюта, на них можно купить напитки и вообще все, что хочешь, мы с Эрикой взяли ром с кока-колой, на ней было новое красное платье без рукавов, обтягивающее фигуру, волосы были зачесаны назад, ты очень красивая, мы стали целоваться прямо посреди танцплощадки, свет вокруг нас ритмично мигал. Слушай, сказала Эрика, хватит все время целоваться, я хочу танцевать, неужели не понятно? Через два часа мы лежали на кровати у себя в номере, проникнув друг в друга, я очень счастлива, говорила она, я очень счастлив, повторял я. И мы любили друг друга до самого рассвета.