Патрисия Мело - Матадор

Хочешь еще виски, спросил он, я не возражал, мы выпили еще по стаканчику. На, посмотри, сказал он, это газета, культурное обозрение, это самое крупное издание по вопросам культуры в нашей стране, взгляни сюда, знаешь, что это? Это реклама оружия. Реклама пистолета, продолжал он, сердясь все больше, тридцать восьмого калибра, это значит, что люди хотят носить оружие, каждый хочет обзавестись пистолетом, своей собственной дубинкой, все без исключения хотят защищаться сами, посмотри, что они тут пишут: «Важная информация: его использование требует навыка и душевного равновесия», ни фига себе! Душевного равновесия! Красиво! Люди перепуганы, люди уже покупают оружие чуть ли не по телефону, дальше будет еще хуже, я уже говорил, мы обогнали по криминальной статистике Нью-Йорк и Балтимор, а теперь у нас вешают плакаты «Не берите в руки оружия». Да как же его не брать. Всякий, кто посмотрит новости по телевизору, побежит покупать автомат. Читай, что здесь написано: «Мы продаем оружие». Покупайте оружие, не покупайте оружие, чего они хотят, в конце концов? Ты можешь мне сказать, чего они хотят? Не знаю, ответил я, а я знаю, перебил он, им нужны такие люди, как ты. Я давно слежу за тобой, мои парни только о тебе и говорят. Это я попросил доктора Карвалью нас познакомить. Жители нашего района тебя просто обожают, и ты это знаешь. Тебя уважают бизнесмены. Тебя уважают полицейские. Тебя уважают домохозяйки. А что ты, собственно, делаешь, Майкел? Я убиваю людей, но этого я не стал говорить, я ждал, пока он сам ответит на свой вопрос. Ты оказываешь огромную услугу полиции, вот что ты делаешь. Ты филантроп, в определенном смысле. Филантроп? переспросил я. Да, филантроп, повторил он, вот только в нашей стране ничего не надо делать бесплатно, ты должен получать деньги, всегда получать, мне платят, возразил я, тебе мало платят, заявил он, это хороший рынок, очень хороший рынок, здесь можно заработать настоящие деньги.

Мы выпили еще виски; у тебя есть что-нибудь мясное? спросил он у Гонзаги. Мясное, доктор Карвалью тоже был хищник, каждый день ел мясо, мне – мясо, говорил обычно доктор Карвалью, и обязательно с кровью, бифштекс для комиссара тоже был с кровью, в его тарелке плескалась целая лужа крови, ее было очень много, я хочу предложить тебе сотрудничество, Майкел, в одной фирме по обеспечению общественной безопасности.

Я почувствовал, как у меня в груди разливается тепло, этакое теплое спокойствие, не знаю даже, как это назвать, виски тут не при чем, это слова комиссара так на меня повлияли, я почувствовал гордость, комиссар предложил мне сотрудничество, все в нашем районе меня обожают, когда они проезжают мимо, то обязательно сигналят мне, приветливо машут рукой, на меня снизошла благодать, мне хотелось показать ему труп Кледир, но я этого не сделал, я решил, что это ни к чему.

Мы обеспечим нашему району безопасность, начиная с бедняцких фавел, прикинь, если с каждого барака брать по пять долларов, продолжал он, цена, конечно, должна быть в долларах, ведь, откровенно говоря, настоящие деньги – это только доллары, так вот, если каждый барак будет платить по пятерке, а у нас порядка пятисот таких бараков, то это две с половиной тысячи долларов. Но это ерунда, это мелочь, потому что есть еще мелкие торговцы, крупные торговцы, промышленники, транснациональные воротилы, миллионеры, мультимиллионеры, депутаты, враги депутатов, общественные деятели, любовницы депутатов и любовники депутатов, мужья, поколачивающие своих жен, жены, поколачивающие своих мужей, всевозможные компаньоны и напарники, «зеленые», защитники прав человека, короче, всем, всем нужна наша работа, сказал он.

Сантана, так звали комиссара, со своей стороны обеспечит офис, штат секретарш, телефон, табличку с названием фирмы, адвоката, ну и, естественно, добавил он, влияние и поддержку, короче, крышу. Я же должен обеспечить выполнение моей работы, которую я со своими парнями умею делать, сказал он. Его имени в уставе фирмы не будет, ты понимаешь, я все-таки комиссар, всегда найдется какой-нибудь штатский ублюдок, какой-нибудь адвокат или депутат, или защитник прав человека, в общем, кто-нибудь, кто обязательно захочет создать проблемы таким людям, как я или как ты, мы впишем туда имя какого-нибудь известного человека, ты не беспокойся, он не будет ни во что встревать, это наше с тобой дело.

Мы пожали друг другу руки, моя ладонь была как деревянная, думаю, от алкоголя.

Я помчался домой, хотел поскорее рассказать Эрике новости, это надо отпраздновать, а чем занимается фирма по обеспечению общественной безопасности, поинтересовалась она, да много чем, самыми разными вещами. Где ты похоронил Кледир? Черт! Я совсем забыл похоронить ее, она по-прежнему лежала там, в багажнике машины.