Энтони Берджесс - Трепет намерения

— Всем наплевать! Вам бы только набить утробу, а на остальное—плевать! Я пошла к себе в каюту.

У Хильера замерло сердце, когда она встала — такая юная, грациозная!—и с достоинством вышла из зала. Бедная, бедная девочка! Однако требовалось кое-что уточнить.

— Простите, что касаюсь болезненной темы, но как вы собираетесь разрешать те сложности, которые скоро возникнут?

— О чем вы?—спросила миссис Уолтерс, остановив на полпути ложку с фруктовым салатом.

— Об организации похорон. О панихиде. Следует заранее подумать о транспортировке. О найме самолета, о доставке тела домой.

— В России самолет не наймешь,—сказал Алан.—У них там летают только самолетами государственной авиакомпании. Кажется, она называется «Аэрофлот».

— Я обо всем этом еще не думала,—сказала миссис Уолтерс. Она машинально посмотрела вокруг в поисках мужчины, своего мужчины, но, по-видимому, сразу рассудила, что от одних ждут утешений, от других—утех.—Ужасно неприятная ситуация. Что же нам делать?

— Оберни его в «Юнион Джек» и похорони в море. Для себя я бы выбрал именно такие похороны.

— Мне кажется, что это несколько странный способ, тем более что порт совсем близко,—сказал Хильер.—В подобных случаях следует…

Хильер заметил, что Клара забыла свой черный палантин. Когда она резко встала, он скользнул на пол. Хильер незаметно подтянул его к себе ногой и зажал между щиколоток. Довольно скоро она получит его обратно.

— Что следует делать в подобных случаях?—спросила миссис Уолтерс.

— Сказать пассажирскому помощнику, чтобы велел столяру околотить гроб. С помощником надо поговорить обязательно: возможно, на корабле имеются готовые гробы. Во время таких круизов частенько должны случаться инфаркты. Может быть, лучше посоветоваться с судовым доктором? Боюсь, я недостаточно искушен в подобных вопросах.

— Зачем тогда беретесь советовать?

— Мне гадко вас слушать,—сказал Алан. Хильер подумал, что совершенно с ним согласен. Разговор действительно был гадким.—Вы говорите так, словно хотите лишить его малейшей надежды на выздоровление.

— Готовиться надо заранее. Джон Донн [99], настоятель собора Святого Павла, заблаговременно заказал себе гроб и иногда даже спал в нем. Разговор о живом как о мертвом иногда помогает вдохнуть в него новые силы. Это как соборование, как напечатанный заранее некролог.

— К чему пустые надежды?—процедила миссис Уолтерс и отхлебнула ликеру. — Я привыкла смотреть в лицо фактам, какими бы печальными они ни были.

— Ты тоже поддерживал гадкий разговор,—сказал Хильер Алану.—Кто говорил про «Юнион Джек»?

— Это совсем другое,—ответил Алан.—Так хоронят героев. Я вспомнил, как хоронили Нельсона [100].

— Можете во всем рассчитывать на мою помощь,—сказал Хильер, уписывая спаржу с голландским соусом.—Абсолютно во всем.

Не так-то просто будет сбросить за борт настоящий труп. Понадобится помощь. Рист? Придется сочинить историю, что свинья Теодореску похитил его паспорт, а ему, Хильеру, надо сойти в Ярылыке, чтобы встретиться со специалистом по машинкам, печатающим кириллицей. Меньше чем за тысячу долларов Ряст ему не поверит. Дороговато. Можно, конечно, самому попробовать взломать гроб, дотащить его до кормы и столкнуть в море. Человек за бортом! Придется и самому прыгнуть, чтоб хоть было кого спасать. А трупы не всплывают? Может, гири привязать? Хильер представил себе стоны умирающего, и сам не удержался от стона.

Миссис Уолтерс и Алан встали из-за стола.

— Вы собираетесь в лазарет?—спросил Хильер. Алан ответил утвердительно, а миссис Уолтерс, как выяснилось, направлялась в бар: по ее словам, без двойного коньяка она не в силах выдержать эту нервотрепку.

— Хороший сувенир?—спросил Хильер у Алана.—Я про подарок Теодореску.

— Прекрасный,—ответил Алан.—То, что надо. После ухода Уолтерсов Хильер съел персиковое желе. Затем бутерброд с ланкаширским сыром. Затем кофе с ликером. Он чувствовал, что необходимо подкрепиться.

Посещение Клары Уолтерс откладывать не стоило, и Хильер отправился к девушке, всем своим видом демонстрируя невинность намерений. Перед тем как постучать в дверь, он прислушался. Изнутри, похоже, доносились всхлипывания. Он постучал —робко, с предупредительностью стюарда — и услышал слегка осипшее «войдите». Девушка едва успела спустить ноги с койки и теперь одной рукой отирала глаза, а другой приглаживала волосы.

— Это всего лишь я,—сказал Хильер.—Принес палантин. Вы обронили его за обедом.