Унён Чон - Прощай, цирк

Раздался резкий, режущий слух звук — звонок прозвенел раз, два — я проснулась; зеленые листья исчезли. Я помнила, как присела на пару минут, чтобы просто перевести дыхание, но, видимо, усталость оказалась сильнее, и я сама не заметила, как уснула прямо у стены. Странно, но в последние дни стоило мне закрыть глаза, как я проваливалась в сон. В своих сновидениях я гуляла по улицам Яньцзи или отдыхала в родительском доме, устроившись в каком-нибудь уютном уголке. Так, опуская веки, я возвращалась домой.

Кровотечения продолжались в течение недели. Каждое утро, приподнимая край одеяла, я видела следы свежей крови. Боль, разрывавшая низ живота, немного поутихла, но головокружение и слабость не проходили. Позже кровотечения прекратились, но меня по-прежнему то и дело выбрасывало из реальности — я не понимала, что со мной творится: мир будто расплывался на моих глазах.

Я твердила себе, что должна быть сильной. Никто в моем окружении не стал бы мне помогать. Я говорила себе, что должна все вытерпеть и преодолеть. Пошарив рукой у изголовья, я нащупала обезболивающее и, не запивая, проглотила сразу четыре таблетки. Горло перехватило. Одно время, из-за постоянных болей в животе, я была вынуждена ежедневно пить обезболивающее, а теперь это вошло в привычку. Я знала по опыту, что надо немного подождать — и сердце застучит быстрее, а сознание прояснится.

Без таблеток я не могла сосредоточиться на работе и допускала ошибки. Например, забывала положить на место зубную щетку и бритву или оставляла в номере свои щетки, за что получала выговоры от директора, который следил за тем, как я выполняю свои обязанности. Временами, ступая по мягкому ковру, расстеленному в коридоре, я чувствовала, как размываются границы сна и действительности. Стоило мне сесть, как меня ту же начинала одолевать сонливость. А если я засыпала, то разбудить меня мог только громкий стук в дверь.

Директор, который был так добр ко мне в начале, вскоре поменял свое отношение, теперь он вечно придирался ко мне и порой кричал так, что его глаза наливались кровью. Казалось, передо мной совсем другой человек — не тот, что когда-то стучался ко мне в комнату со словами: «Вам стоит завести любовника» или «Я беспокоюсь о вашем здоровье». Больше он не заходил ко мне, а просто нажимал на кнопку вызова и, только я являлась, принимался орать, браниться и всячески поносить меня. Он раздраженно пенял мне, что покрывало уложено небрежно или ванная вымыта плохо, обвинял меня в том, что я увиливаю от работы, прячась в комнате… Его замечаниям не было конца.

Я вытащила из бумажного пакетика лекарство, которое подарила мне та женщина, — ноктхэго. Ноктхэго изготовляли из неродившегося детеныша самки оленя, уваривая плод, пока не получали небольшое количество крайне ценного вещества. Некоторое время я колебалась. За одну коробку ноктхэго давали столько денег, сколько принесла бы продажа двадцати коробок с таблетками для похудения анбинапдонмхён, — таким дорогим был этот препарат. Решившись, я сняла обертку и проглотила одну таблетку, предварительно разжевав ее. В памяти всплыла картинка: та женщина сидит в подземном переходе, перед ней разложен потрепанный самодельный прилавок. Почему она сделала мне такой подарок? Может быть, она предвидела, что случится со мной? Интересно, она и сейчас все так же восседает на своем обычном месте, равнодушно выставив товар на всеобщее обозрение?

Снова противно заголосил звонок. «Странно, — пронеслось в голове, — в это время клиенты обычно не заезжают». Быстро приведя одежду в порядок, я побежала в приемную. Там, явно ожидая меня, стоял директор, и, судя по сердито нахмуренным бровям, настроение у него было не самым лучшим.

— Чем вы занимались, что даже звонка не слышали? — сердито осведомился он. — Опять спали?

Директор всегда обращался ко мне на «вы», когда собирался дать мне какие-то поручения. «Где я на этот раз промахнулась?» — пронеслось в голове. Я отрицательно покачала головой и стала ждать указаний.

— Вы выглядите нездоровой.

— Нет, что вы, — поспешила разуверить его я. — У вас есть для меня работа?

— Видите ли… Как бы это вам сказать… Вы так часто болеете… Что-то надо делать с этим. Уважаемая Хэхва, по всей видимости, работа в гостинице вам не по силам. Такое по плечу только крепким деревенским женщинам. Поэтому, знаете…

Не окончив фразы, директор вытащил из кармана конверт и молча протянул его мне.