Алексей Федорочев - Часть 2

Интерлюдия.

Капитан Рогов уже пять минут стоял в коридоре управления и пялился на врученный кадровиком под роспись приказ. Несмотря на частые подначки коллег, умом Василий был не обижен, а читать начал еще в пять лет, так что проблем по этой части никаких не имел, но содержимое именно этого листа бумаги отказывалось укладываться в его коротко стриженой голове.

"...вывести за штат действующей оперативной группы... явиться в учебный центр для дальнейшего прохождения службы... в должности куратора и сопровождающего..."

- Коляныч, что х...ня? - ворвался он, размахивая приказом, в кабинет майора Светлова.

- Капитан Рогов, смирно!!! Три шага назад!

Словно напоровшись на невидимую стену, капитан демонстративно промаршировал в центр кабинета начальника и вытянулся согласно распоряжению.

- Господин майор, разрешите обратиться! - строго по уставу гаркнул он.

- Садись, разговор будет непростой, - тяжело вздохнув, перешел на нормальный тон начальник, - Приказ получил?

- Так точно, господин майор! - Рогов продолжал стоять по стойке смирно.

- Обиделся что ли?

- Никак нет, господин майор! - упрямо талдычил капитан, игнорируя предложенный стул.

- Обиделся! Впрочем, понимаю, сам в недоумении. Короче, Василий, медики на тебя бумагу накатали, дескать, к оперативной работе ты абсолютно непригоден.

- Да я же!!! Медкомиссия же только что была, года не прошло! Геннадий Николаевич, это же х...ня полная! - отмер капитан, поняв, что руководитель не имеет к приказу никакого отношения.

- В кои-то веки с тобой согласен, именно она, и именно полная! Я, как мог, сопротивлялся, но где-то у них на тебя зуб наточен. Все, что удалось - это временно перевести тебя в учебку с сохранением содержания.

- Да что мне там делать-то?! Бумажки по полочкам раскладывать? Я ж там через неделю свихнусь!

- А ты постарайся не свихнуться!!! Потому что я кучу нервов убил, организовывая этот перевод! Тебя вообще комиссовать по полной хотели, вылетел бы на улицу и прости-прощай служба!

Василий глядел на начальника совершенно убитым взглядом - к гражданской жизни он был абсолютно неприспособлен.

- И что мне теперь делать?

- Да что ты как маленький-то?!! Бери бутылку и дуй к лечилам, разбирайся, что они там нашли. Если они свою писульку отзовут - вернешься в группу. Ну, а если не разберешься - значит, будешь в учебке работать. Тоже, между прочим, не худшее место службы. Ты все понял?

- Понял, господин майор!

- А раз понял, то шагом марш из кабинета! Месяц на твое место никого брать не буду, в сентябре новая медкомиссия будет, до нее чтоб разобрался!

- Так точно, Геннадий Николаевич! - слегка повеселев, капитан покинул кабинет Светлова и отправился напрямую в магазин, идти к Доку без подношения было бесполезно.

- Вася! Ты читать умеешь? Э-пи-леп-си-я!!!

- Док! Ты ж нормальный человек, ты меня лично шил три раза! Какая к х..м эпилепсия! Да я слов-то таких длинных в жизни не знал, а ты мне в карту эту дрянь пишешь!

- Не-е-ет, Василь! Это не я тебе пишу! Это тебе столичные справочку выписали! Ты, милый друг, какого хрена собачьего, там на земельку прилечь умудрился, да так, что тебя потом в больничке неделю держали, а? - обычно интеллигентно выражавшийся доктор Павлинкин после совместно распитого коньяка слегка ослабил контроль за языком.

- Вот, ... щенок! Отомстил, сучий потрох! Так и знал, что с ним одни проблемы будут! - начал ругаться Рогов.

- Это ты про бегунка своего?

- Про него, родимого! Про кого ж еще?! Эх!.. Док, ты же свой! Скажи, что мне делать, а?

- В общем, Василь, там история такая: Муромский, это главный у питерских по медицине, сначала считал, что все так и было, как ты рассказываешь. Похвалился, что запросто подвиги этого мальчишки повторит, а дошло до дела - и что-то не срослось у него. То ли дара не хватает, то ли мозгов. Мне коллеги столичные рассказали, что обоср... опозорился он там перед Милославским по полной. Вот, на радостях, и влепил тебе диагноз в карту.

- Вот, ... ушлепок! - ругать столичное начальство было приятно, но бессмысленно, вписанный диагноз от этого не менялся.

- Слабо сказано, его там в управлении все тихо ненавидят, надеялись, что после такого слетит, но как-то вывернулся. Пить еще будешь? - неожиданно перешел к насущному Юрий Алексеевич.

- Мы ж допили уже все? - кивнул на пустую бутылку из-под коньяка Рогов.

- У меня спирт есть.

- Наливай!

В процедурной, приспособленной под нужды народа в лице Рогова и Павлинкина, отчетливо запахло чистым этанолом.