Арина Теплова - Лесной князь

– Ну не совсем. Он сказал, что мы должны быть вместе. Но тогда я не захотела его выслушать. А теперь я поняла, что…

Эти слова девушки отчего-то в конец разозлили Воронцова и он помрачнел.

– А Ваш дядя знает теперь что Вы у меня? – вдруг холодно осведомился Воронцов.

– Нет, – пролепетала испуганно Катюша и порывисто добавила. – Прошу Вас Михаил Илларионович, не рассказывайте моему дяде о том, что я была у Вас! А то он сильно разгневается.

– Значит Вы сударыня, без старшего благословления пожаловали теперь ко мне? – буркнул недовольно граф. – Видимо Ваш дядя ошибался, когда говорил, что у вас ангельский нрав. А как я погляжу, Вы своевольны.

– О, милостивый государь, Вы несправедливы ко мне. Я всего лишь хотела найти давнего друга. В какой-то мере я обязана своей жизнью Ивану Алексеевичу. И разве это преступление просто увидеться с ним и поговорить?

– Нет, простой разговор это не преступление, Вы правы, – заметил тихо граф, видя, что девушка не так проста и наивна как ему показалось в начале. И ее порывистость и страстность натуры тут же считалось умелым чутьем Воронцова, и он осознал, что в душе ему нравится горячность и даже некая экспрессивность Катюши. Ведь эти черты нрава девушки, доказывали то, что она могла быть весьма страстной в постели. Этот вывод до невозможности понравился Михаилу Илларионовичу, и он уже более спокойно добавил. – Простите меня, я немного погорячился. Так что же Вы хотите от меня теперь, сударыня? – холодновато заметил Воронцов, ощущая, что он совсем не жаждет, чтобы Иван связал свое будущее с этой девицей. Да она была дворянкой, но Воронцов прекрасно знал, что она бедна и не занимала высокого положения в обществе и уж тем более не имела должности при дворе. Ведь для своего племянника Воронцов готовил блестящее будущее. И на роль его жены подходила дочь князя Урусова, фрейлина императрицы. Эта была бы для Ивана блестящая и выгодная партия. Да, стоящая перед ним теперь юная девушка была невероятно красива, но все же, по мнению Воронцова она не могла составить счастье Ивана.

– Я бы хотела поговорить с Иваном Алексеевичем, если это возможно. Скажите, где я могу его найти?

– К сожалению, он более не служит у меня.

– Да? Но он сказал…

– Месяц назад он поступил на службу в лейб-кирасирский полк и теперь по моим сведениям воюет в Пруссии.

– Как жаль, – опешила Катюша, похолодев от этого известия, и нервно поджала губки. Она тут же представила, как это опасно и ощутила, что ее сердечко взволнованно испуганно забилась. – А когда же он должен вернуться?

– О, этого никто не знает, сударыня, – пожал плечами Воронцов. – Возможно через месяц, а возможно через год. Война это дело непредсказуемое.

– Но возможно ли написать письмо в его полк в Пруссию?

– Письмо? – показно удивился граф. – Но это вряд ли возможно. Полк постоянно в маршах, и перемещается очень быстро. Лишь военная почта может достигнуть места. А обычное письмо вряд ли. Нам лишь остается только ждать… – добавил Михаил Илларионович, придумав эту небольшую ложь для того чтобы внушить наивной девушке, мысль что она никак не сможет связаться теперь с Иваном.

– Я понимаю, – тихо ответила Катюша.

– И на Вашем месте, сударыня я бы постарался позабыть об Иване Алексеевиче.

– Забыть? Нет, это невозможно, – твердо произнесла Катюша. – Мне очень необходимо увидеться и переговорить с ним. Вы должны понять меня, милостивый государь.

Воронцов нахмурился, поняв, что так просто девушка не отступится от своих замыслов.

– А у него есть родственники? – спросила вдруг Катюша.

– Зачем они Вам? – уже недовольно заметил граф.

– Я могла бы оставить у них для него письмо. И когда Иван Алексеевич вернется…

– Родственников у него, к сожалению, нет. Но Вы можете оставить письмо мне. Ведь по приезду он непременно будет у меня. Я, знаете ли участвую в его судьбе. Давал обещание об этом его покойному отцу.

– Я буду очень благодарна Вам, – кивнула Катюша. – Вы позволите мне написать несколько строк?

– Извольте, – кивнул граф и позвонил в колокольчик.

Спустя некоторое время Катюша передала дрожащей рукой письмо графу и тихо попросила:

– Вы обещаете, что передадите письмо Ивану Алексеевичу?

– Да, – ответил кратко Михаил Илларионович, не отрываясь, смотря в огромные голубые озера глаз девушки, которые проникновенно взирали на него.

– Что ж прощайте. Я буду молиться о его скором возвращении.

– Как Вам будет угодно сударыня.