Мария Мирошник - Дневник дылды

Еле-еле встав с кровати, я направилась на первый этаж, надеясь, что мама ещё дома, и мне не придётся готовить завтрак самой.

Родительница стояла в прихожей, напротив зеркала, застёгивая объёмные пуговицы бежевого пальто. При всей моей довольно большой любви к такому стилю одежды, я предпочитала тёплые и удобные пуховики. В них было не стыдно и погулять, и скатиться с горки.

– Доброе утро! На столе стоят мюсли, – сразу сказала мама, заметив мой голодный взгляд. Благодарно киваю и удаляюсь в сторону кухни. – Мы с папой сегодня прогуляемся по магазинам, вечером зайдём в ресторан. Не хочешь присоединиться?

– Нет, у меня сначала тренировка, затем работа в кофейне, – отмахнулась я, хотя она это не увидела. – Кстати, папа позвонил в клуб по поводу отдельного зала?

Осматриваю стол. Нигде не было вышеуказанной коробки с сухим завтраком, что начинало меня волновать.

– Да. На вахте скажешь свою фамилию и тебе дадут ключ, – судя по коверканью слов, мама сейчас в сотый раз красила губы. Вообще этим зеркалом кроме неё никто не пользовался, поэтому я уверена, что его папа повесил специально для любимой жены. – Мы пошли! – крикнула она, когда папа спустился из кабинета. Кинув мне короткое: «Доброе утро!», он быстро обулся и накинул пальто.

– Где мюсли? Я не могу их найти! – перебила я, с головой скрывшись в ящик с кастрюлями.

Ну, а что? Я уже всё проверила!

– Это те, что с фруктами? – неожиданно уточнил папа, навевая на меня страшные подозрения. Получив положительный ответ, он добавил короткое, но такое роковое. – Я их съел.

– Папа!

Из-за того, что мне пришлось жарить себе яичницу, я вышла из дома не с запасом времени, как планировала, а практически впритык. Мою форму мама захотела постирать, не предупредив меня, так что на её поиски я потратила ещё около часа, а найдя, мне пришлось ещё и гладить. Плюс ко всему, я где-то потеряла телефон.

В общем, утро не задалось с самого начала.

В клуб я пришла в полпервого, так что спокойно смогла найти зал и переодеться. Много раз травмированная нога откликнулась неожиданной болью, когда я встала на каблуки. Тихо шипя проклятия, выхожу из комнатки и отправляюсь на поиски нужного помещения.

Так как я не знала, в каком направлении танцев мы сегодня будем практиковаться, мне пришлось надеть чёрное танцевальное платье, с открытыми рёбрами и настолько высоким вырезом на подоле, что при некоторых особо резких движениях, было видно выступающую косточку на бедре. В спокойном положении край свободной юбки касался щиколотки.

Зал оказался очень просторной комнатой для занятий фитнесом или йогой. Все стены были увешаны зеркалами, что было нам только на руку. В ожидании Лёши, я начала простенькую разминку, не желая сразу показаться бревном.

Парень зашёл в помещение ровно в час, когда я повторяла самые проблемные связки. Одетый в белую рубашку и танцевальные брюки, он выглядел сильно старше своих лет, но, всё равно довольно стильно.

– Доброе утро! – вежливо поприветствовал Яковлев, подойдя ближе. – С чего начнём? Вальс?

– Привет! Может быть, с Ча-ча-ча? Говорят, на отборочном туре на него обращают больше всего внимания, – предложила я, подхватив с пола бутылку воды.

Делаю большой глоток и несколько секунд держу во рту жидкость.

– Хорошая идея! – согласился напарник. – Давай попробуем составить связку.

Несколько минут мы просто ставим подряд все знакомые движения, чтобы собрать хоть какое-то подобие хореографии. После Лёша включил музыку на телефоне и занял исходную позицию.

Шаг, шаг, шаг, резкий выпад, поддержка под спину, разворот. Всё идет довольно гладко, особенно для первого раза. Вполне слаженные движения, сливались в довольно гармоничную связку. Но я всё-таки признаю: танцевать с Лёшей было сложно. Возможно, из-за того, что у него явно чувствовалось превосходство в навыках, да и в самих движениях. Я в свою очередь пыталась не отставать от такого яркого партнёра, который явно привлечёт внимание жюри больше.

Каждое движение приходилось выполнять на износ, практически через боль, дабы не отставать. Но, несмотря на это, и у Яковлева были слабые стороны.

– Когда ты делаешь это резкое движение, с откидыванием ноги, попытайся быстрее напрягать связки, – объяснила я, повторив проблемную для парня часть хореографии. – Вот так. Иначе конечность болтается как сосиска.

– Да, я знаю. Ума не приложу, почему из года в год у меня только оно не получается, – вздохнул юноша. – Тебе, кстати, нужно поработать над бёдрами. Когда ты делаешь шаги, – подскочив с лавки, он встал передо мной, – описывай восьмёрку. Самое красивое в танцующей паре – это пластика девушки, в особенности её ног.