Евгений Рякин - Путь

— Понятно, и что? — фыркнула Алиса.

— Слушай дальше. Это значит, что кровеносная система тела и кровеносная система мозга различаются. Между ними существует препятствие, которое называется гематоэнцефалический барьер — этакая граница между головным мозгом и всем остальным телом. Он не даёт различным веществам: бактериям, вирусам и прочей гадости из крови, циркулирующей по телу — попасть в совершенно другую, более чистую кровь. По сути, этот барьер является защитником мозга от многих чужеродных веществ, которые легко могут его разрушить. Я тебе так скажу, что даже иммунные клетки не могут проникнуть сквозь него, их словно стена не пропускает. Кислород проходит, спирт, впрочем, тоже, да и крошечные частицы наркотиков, вот как сейчас. А крупные частицы, увы, к сожалению многих фармацевтов — нет. Можно придумать крутую действующую молекулу, но она окажется чересчур крупной для барьера.

А липопротеин, содержащий холестерин — это огромная белково-липидная молекула, слишком большое соединение, чтобы пройти через ГЭБ, как называют барьер нейрологи. Поэтому уровень холестерина, содержащийся в крови, напрямую не связан с уровнем холестерина в мозге.

Да, в мозге есть свой холестерин, он жизненно необходим для формирования новых синапсов между нейронами и для создания миелиновой оболочки, обволакивающей аксоны, если ты понимаешь, о чём я говорю. Вообще, ты не поверишь, но мозг — это орган с самым большим количеством холестерина в нашем теле, и это, повторюсь, не связано с питанием напрямую. В мозге есть специальные глиальные клетки, которые называются астроцитами, они и вырабатывают то количество холестерина, которое нам необходимо. Вот такие дела.

Поэтому, повторюсь, что ГЭБ — это такой барьер, который физически не сможет пропустить холестерин из крови в мозг, а это значит, что жирная пища напрямую не может вызвать инсульт, то есть ты проиграла, Алиса.

Алекс широко улыбнулся.

*

Алиса облизнула сухие губы и покашляла в кулачок — ситуация складывалась анекдотичная. С одной стороны, она действительно проиграла и не может нарушить слово, но этот парень, хоть он и симпатичный в целом хочет нереальную вещь. И что делать? Просто на первом и даже десятом свидании такое поведение для нормальной девушки её круга считалось всеми, да и Алисой тоже, аморальным. Хотя, в это же время состав наркотических веществ в крови легко проникнул через ГЭБ, взбудоражил мысли, что-то внизу её живота заполыхало, и она внезапно пришла к мысли, что грязные танцы на сегодня — это не так уж и плохо. С другой стороны:

— Я проиграла, признаю. Но вот скажи мне, Шурик, ты же вроде доктор? Умный причем, наверное, да?

— Такой, — замялся от неожиданного вопроса Шурик, — нормальный.

— А раз ты нормальный, то почему на такую хрень со мной поспорил?

— Ну, ты же согласилась. По сути, ты сказала: «Да, я согласна». А сейчас уже не согласна?

— Шурик, подумай сам, — отмахнулась от его сарказма девушка. — Как ты себе это представляешь? Вот я встаю на колени перед тобой, расстегиваю ширинку, достаю и все прочее… Вот так?

— Как-то так, ага, — дурачком засмеялся Шурик.

— А прикинь, я бы блеванула! — вдруг бросила она.

— Чего? — не поверил Шурик.

— Ты же весь вечер не мылся, вот бы я не вытерпела запаха и блеванула прямо тебе на штаны? — пояснила она подробней. — Прикинь, какой психологический шок у тебя бы остался на всю жизнь? А потом бы я ещё показала пальцем на твою пипиську и расхохоталась. Представил? У тебя бы год потом не стоял, — зло ухмыльнулась она. — Ну что, не ожидал такого поворота, дружочек?

Шурик что-то промолчал в ответ. Да, он не ожидал такого, если честно.

— Да ты не бойся, ты нормальный парень. Просто ты не с той карты зашел. Сразу с козырей начал, — вдруг победно засмеялась она, как бы прощая его.

— Да брось ты, с каких козырей? — попытался глупо отшутиться он. — С тузов?

— Да, да, с них, — погасила она улыбку. — Ну что, дружочек, как будем проблемку решать? Пойми, у нас так не принято.

— Что не принято?

— Вот это всё — не принято!

— А как у вас принято?

— Ха, — хакнула она, а потом задумчиво хмыкнула. — Хм!

— Ты пойми, — попытался объяснить он, — я же не знаю, что для тебя значило мое предложение. Может, ты из тех, кто не против лёгких связей? А как мне узнать, не проверив? Понятно? Вот ты расскажи мне, пожалуйста, что для тебя значил мой вопрос, растолкуй мне, ведь для того, чтобы тебя услышать, нужно, прежде всего, выслушать.