Валерий Привалихин - Восхождение - Проза

— Отлично, Роман, хорошо, — шептал бригадир, интуитивно улавливая ход дальнейших действий. — Слушай, иди к себе, жди помощников. Я сейчас турну их. А ты не мешкая направишь их к себе на конвейер.

— Сдурел? — ошеломленно отстранился Фоминский.

— Роман, надо! Гришанкову ни гугу. Скройся потом в какой-нибудь механический цех. А за полчаса до конца смены скажешь ему, что прогнал помощников.

— Гришанков меня с башмаками сожрет! На карте февральский план! И квартальный!

— Надо, Роман! Прошу, для дела!

Перерыв только что закончился, помощники стояли у монтажного стола и весело переговаривались с Измайловым. Тут же, словно не зная, чем занять себя, лениво слонялись Олег и Штеменко. Вадик с Толей собирали очередную балку.

Увидев Игоря, Измайлов показал рукой на помощников, радостно вскричал:

— Во, бригадир! Асы! Учить нас будут!

Асы — ровесники Измайлова — усмешливо щурились. На конвейере сейчас запотеешь, а здесь, как им казалось, можно и ваньку повалять. Что они понимают в балках? Ровным счетом — ни шиша. Будут на подхвате — принеси то, унеси это, а короче — не путайся под ногами.

— Долго хохотать намерен? — спросил бригадир развеселого Измайлова. Он сделал вид, что ему ничего не известно о заявлениях.

— Так я тружусь, — в плутоватой ухмылке расплылось плоское лицо сварщика. — Объясняю асам устройство молотка.

— Вон отсюда! — резко бросил Игорь слесарям конвейерной сборки.

— Нас Фоминский приволок! — заорал в ответ один из них.

— Нам за беготню не платят, — с нахрапом, сказал второй.

— Убирайтесь! — крикнул бригадир.

— Да уходим, уходим… Белены, что ли, нажрался? — попятились помощники.

Ощущая ознобную дрожь, Игорь властным взмахом руки подозвал к себе бригаду.

— Мы валим план! Рамщики паникуют, работают из-за нас сверхурочно. Наша бригада — первая новая бригада в цехе. Мы первые. До конца февраля осталась неделя. С сегодняшнего дня мы все будем работать сверхурочно! Кроме малолетки Толи. Без дополнительной оплаты. Мы завалились, нам и расхлебывать!

— Без оплаты за сверхурочную работу? — гнусаво протянул Измайлов. — Мы с Тарасом не согласны.

— За Штеменко не бубни!

Вадик моментально всунулся между напряженно шагнувшими друг к другу Игорем и Измайловым.

— У тебя слух испортился? — прошипел он в плоское, побелевшее от злобы лицо Пети Спуску Не Дадим.

Штеменко и Олег, замерев, молча смотрели в дальнее пространство цеха.

— Олег, — с рыкающими нотками в голосе сказал бригадир, — бери Петю и мотайте к ножницам.

— Пошли, ас, — Олег потянул Измайлова за рукав. Странное дело, Олега не столько раздражал бригадир, сколько бесила медлительность Пети. — Шевелись скорей!

— Тарас, — бросил бригадир сварщику, — вари эту балку. В темпе!

— Да-да, — словно спохватившись, оживился сварщик. Ему вдруг стало как-то неприятно: ведь он член бригадного совета, его выбрали, ему доверили, а он поплелся на поводу мелочных амбиций. Какая, в сущности, разница, сварщик ты или не сварщик, главное — дело.

За полчаса до конца смены в бригаду влетел разъяренный начальник цеха.

— Михайлов, вы почему прогнали слесарей?

— Каких? — сделал невинное лицо бригадир. — Тех, что ли?

— Да! Тех! — с тихой злостью цедил слова Гришанков. Ноздри его трепетали, на скулах взбугрились желваки, а ожесточенный взгляд был направлен на Олега.

То ли по этому взгляду, то ли по тому, как всегда корректный Гришанков старательно выпячивает негодование, Игорь догадался, что начальник разыгрывает сцену гнева. «Он понял мой тактический ход, — лихорадочно соображал комсорг. — Сейчас он гаркнет на меня, обвинит в срыве плана. Надо опустить голову, состроить страдальческую физиономию».

— Вы обнаглели, Михайлов! — дробно перекатывался жесткий голос Гришанкова. — Вам не бригадой руководить! — продолжал он.

— Да справимся мы, — выступил вперед Вадик. — Не беспокойтесь, Семен Яковлевич.

— С вами не разговаривают, — бросил ему Гришанков.

— Мы сверхурочно без дополнительной оплаты будем работать. И соберем положенное, — произнес Штеменко.

— Соберете? — по-прежнему грозно спросил начальник.

— Соберем, — еле слышно ответил Олег.

Начальник сборочного цеха в своем красиво обставленном кабинете наслаждался одиночеством. Первое число! Первый весенний день! Февральский план выполнен! Все хорошо, все вроде бы ладно и складно — такой пришла к заводчанам весна.