Я посетил местный янтарный промысел, находящийся в расцвете и дающий высокие образцы этой тонкой работы. Я послал тебе одну вещицу — с маленьким стихотворением и, конечно же, с неизменной любовью. Я знаю, что тебе нравятся искусные изделия человеческих рук, и тебя бы наверняка восхитили здешние занимательные ремёсла — из чего только не рождаются украшения! — древние существа аммониты, например, обретают новую жизнь, обращаясь в отшлифованные броши. Мне также показалось занимательным, как ископаемые останки преобразуются мастером в изящные вещи: вот гладко отшлифованная столешница из цельного куска окаменелости, — если приглядеться, то увидишь сплетенья невообразимо древних, бог весть когда опочивших улиткоподобных существ или перистые листья окаменелых доисторических цикадовых, — и все они настолько же отчётливо сохранились, как те цветки и листья папоротника, что населяют твой молитвенник, засушенные меж его страниц. Если есть на свете какой-то предмет, моя дорогая Эллен, который меня влечёт, — я имею в виду, увлекает меня как писателя, — то это нескончаемая работа времени над жизнью и формой вещей давным-давно умерших, но не исчезнувших. Я желал бы написать, создать нечто настолько совершенное по исполнению, что и долгое, долгое время спустя о нём думали бы и смотрели б на него, как мы смотрим на этих в камне запечатленных созданий. Хоть мне и сдаётся, что век людей на земле не столь будет долог, как век прежних её обитателей.
Янтарь тоже ведь был когда-то живым. «Некоторые учёные умы полагали, что янтарь может быть отвердевшею либо нефтью, либо минеральной смолой — но теперь большинством признаётся его древесное происхожденье, — ибо находят его в виде сжатого, длинного и сравнительно узкого тела: по внешней поверхности такое янтарное тело имеет продольные бороздки, подобные волокнам древесины; поперечный разлом его раковист и блестит тем же блеском, что древесная смола, и к тому же обнаруживает множество заключённых друг в друга всё меньших и меньших овалов — то есть годовые кольца». Привожу это описание из труда доктора Янга, но я видел и сам в помещениях промысла подобные необработанные продолговатые куски янтаря, и держал их в руках, и был тронут следами времени, как оно длило, расширяло свой медленный бег в этих кольцах. В некоторых случаях тело янтаря загрязнилось избытком кремнистого вещества; встретив подобную кремнистую жилку или изъян, янтарных дел мастер, вырезывающий розу, или змея, или дружеское пожатье двух рук, нередко бывает вынужден снять заготовку с работы. Я наблюдал за трудом здешних искусных янтарщиков — у каждого из них есть любимая область в этом искусстве: один резчик может передать на отделку брошь другому, если тот, скажем, знаменит той особой резьбой, которая более всего под стать определенному камню, или ещё один мастер возьмёт вещь в золотую оправу или приладит к янтарю другой матерьял, слоновую или простую кость, также тонкой резьбы.
Как ты легко можешь себе представить, благодаря всем этим новым впечатленьям и открытиям моя поэзия пустила всевозможные ростки. Говоря о ростках, моя дорогая, я разумею известные строки Генри Воэна:
Сквозь платье плоти я светло ужален был
Стрела́ми вечности и к ней ростки пустил.
(Стрелы вечности, светлые, как искры, сыплющиеся из-под кремня… прорастание в человеке семян света — удивительный образ; не могла бы ты переправить сюда ко мне томик «Silex scintillans» [125] «Искры из-под кремня» (лат.) — название книги стихов Генри Воэна.
, ибо с тех пор, как я начал работать над здешними каменными породами, я много думал о поэзии Воэна и о ключевой каменной метафоре его книги? Когда ты получишь эту гагатовую брошь, то, пожалуйста, погладь её сильно несколько раз, и ты увидишь, как она своим электричеством станет притягивать волосы и кусочки бумаги, — в ней живёт некая потаённая волшебная сила; неспроста янтарь издавна использовался в чародействе и белой магии и даже в древней медицине. Как видишь, перо моё самовольно перепрыгивает с предмета на предмет, оттого что мой ум переполнен — сейчас, например, в нём брезжит новое стихотворение о том, как во время раскопок древнего артезианского колодца вдруг находят одетый кремнезёмом древесный побег, с помощью которого впервые отыскали здесь воду, — о таких случаях я вычитал у Лайеля в его «Основах геологии».)
Отпиши мне подробно о твоём житье — здоровье, заботах по хозяйству, о книгах, которые ты читаешь…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу