Михаил Самарский - Роман со счастливым концом

– Спасибо, – уныло ответил Осип Емельянович, – вашими молитвами. Что там случилось?

– Да ничего страшного, – спокойно ответила Клавдия Порфирьевна, – просто вы нарушили условия договора, и я попросила непрошеных гостей покинуть мою квартиру.

– Но, Клавдия…

– Уважаемый Осип Емельянович, я настроена решительно, и, если вы хотите как-то решить этот вопрос, я вас жду здесь, в квартире. Не тяните с приездом, иначе я вынуждена буду пригласить участкового.

– Погодите, Клавдия Порфирьевна, – взмолился Брамс, – у меня встречное предложение: давайте перенесём нашу встречу на завтра. Понимаете…

– Нет-нет-нет, или сейчас, или мы больше с вами не увидимся!

– Хорошо, – стиснув зубы, вымолвил Осип Емельянович, – я сейчас приеду.

Он извинился перед Дарьей, вызвал такси, чтобы не тревожить Николая, и пообещал вернуться через некоторое время.

– Дашенька, прости ради бога, – сказал он перед отъездом, – там без меня вопрос не решится, людей выгоняют на улицу. Если хочешь, поехали вместе.

– Ну, что вы, – улыбнулась Дарья, – не переживайте за меня, я подожду.

Через полчаса Осип Емельянович был в квартире. Клавдия Порфирьевна не была так учтива, как по телефону.

– Ну, что же вы, голубчик, тут развели? – сурово спросила она, вместо приветствия.

– А что тут? – развёл руками Брамс и добавил: – Порядок, чистота.

– Вы сказали, что, кроме вас здесь будут жить ещё два человека. Верно?

– Ну, да, так и есть! – подтвердил квартирант. – Два человека и живут.

– А это что? – Старушка кивнула, и Брамс только теперь заметил в углу Трисона. Тот сидел и, прижав уши, виновато смотрел на людей. – Это кто такой? Кто разрешил держать в моей квартире собаку? Что это за самоуправство?

– А что же вы прикажете, её на мороз выкинуть? – вмешался Дед Акын.

– Дед, – грозно произнёс Брамс, – помолчите, пожалуйста, дайте мне поговорить с хозяйкой квартиры. Идите в комнату.

Клавдия Порфирьевна одобрительно кивнула и улыбнулась. После того как «коллеги» исчезли, Осип Емельянович, не стал тянуть резину и сказало прямо:

– Давайте договариваться!

– Вот! – Всплеснула руками женщина. – Сразу видно: деловой человек. Давайте договариваться. Ваши предложения.

– Я жду ваших! – ухмыльнулся Брамс. – Вы же сдаёте квартиру. Вам и предлагать условия.

– Хорошо, – согласилась Клавдия Порфирьевна, – моё предложение: плюс к месячной оплате «пятёрочка».

– В смысле? Ещё пять тысяч рублей? – вздёрнул брови Осип Емельянович. – Побойтесь бога, уважаемая. Это же просто собака. Что она… она что… вашу квартиру испортит, что ли? Тем более, мы и залог заплатили. Три тысячи. Согласны?

– Четыре! – сказала хозяйка.

– Три с половиной!

– Нет, четыре и точка, – заупрямилась Клавдия Порфирьевна. – Вы непоследовательный, Осип Емельянович, то сама предлагай, то давай торговаться. Не согласны на «четыре», извините, давайте расставаться.

– Ну, хорошо-хорошо, – вынужден был согласиться Брамс и, вынув из кармана бумажник, протянул старухе пятитысячную купюру.

– У меня нет сдачи, – заявила Клавдия Порфирьевна.

– Ничего страшного, – вяло улыбнулся Осип Емельянович, – буду вносить очередную оплату, рассчитаемся.

– Отлично, – закивала старуха и засобиралась на выход. – Всего доброго. Вы на меня не обижайтесь, порядок есть порядок. Поверьте мне, москвичи очень редко разрешают своим постояльцам держать в квартире живность. Так что вам ещё повезло. До свидания.

Как только хозяйка затворила за собой входную дверь, из комнаты вышли «коллеги».

– Ёся, скажи этому старому балбесу, – возмущённо произнёс Акробат, – чтобы он больше сюда никого не таскал.

– А кого ещё вы собираетесь сюда притащить? – изумился Брамс.

– Он там возле мусорных баков присмотрел кота, хочет его поймать и притащить в квартиру, – ответил Акробат.

– Дед, правда? – нахмурил брови Осип.

– Понимаешь, Ёся, в чём тут дело? – вздохнув, начал дед: – Ты смотрел мультик про Простоквашино?

– Ну! – кивнул Ёся. – И что?

– А то! – Дед Акын поднял вверх указательный палец. – Кот наш, ну в смысле, который живёт у мусорных баков, вылитый кот Матроскин. Ну, вот сто процентов, словно из мультика.

– И что? – Брамс повысил голос. – Андрей Михалыч, а тебе не кажется, что ты в детство начал впадать? Ну, какой на хрен кот Матроскин? Ты в своём уме? Мы на съёмной хате. Вот пришла хозяйка и развела меня дополнительно на четыре косаря в месяц. Четыре тысячи, понимаешь? Мы на эти деньги, было дело, полмесяца жили.