Михаил Самарский - Роман со счастливым концом

– Эх, молодёжь, резкие вы такие. И где он теперь? – поцокал языком Брамс. – Ну, как же так. Родится ребёнок, а папа и не знает. Значит, его нужно найти. Правильно?

– А где его искать? Он откуда-то с Дальнего востока, я и адреса-то его домашнего не знаю. Он тут работу искал, пожил немного у меня, ну и…

– Пожил! – воскликнул отец. – Вот и пожил. Как звать-то его, сколько лет?

– Валера, – ответила Катрина и добавила: – Валерий Анатольевич Серов. Как Пашка наш, 1991 года рождения. Да хороший он парень, это я сама дура, начала командовать, капризничать, сейчас вспоминаю, из-за чего, даже стыдно становится. А потом ещё взяла и упрекнула, что он, мол, у меня живёт. Честно говоря, пап, жалею я. Неправильно поступила. Наговорила парню всяких гадостей. Он спокойно пожелал мне удачи и уехал. Куда – понятия не имею.

– И ни разу не позвонил?

– Ни разу, – кивнула Катя и наклонила голову, пытаясь спрятать слёзы.

Отец подошёл к дочери, обнял её и тихо сказал:

– Не жалей о том, что было, думай о том, что осталось.

– А что у меня осталось? – сквозь слёзы усмехнулась Екатерина и, погладив живот, добавила: – Работа, да вот…

– Я тебе скажу, этого не мало! – поцеловал Осип Емельянович дочь. – Люди годами, десятилетиями ждут ребёнка, а у тебя, пришёл красавчик, пожил немного и оставил такую драгоценность. Не переживай, доча, вырастим.

Катя прижалась к отцу, и в тот момент не было у не роднее и ближе человека.

– Пап, ну, а ты куда пропал? Хоть сейчас расскажи, что у вас с мамой произошло?

– А нечего рассказывать, – ухмыльнулся отец. – Вас ругаем, наставляем, советуем, а сами как дети. Я не знаю, Катя, вот честное слово! Может, нужно было мне быть посговорчивее. Может… Не знаю…

– То есть ты считаешь, что ты во всём виноват? – спросила дочь.

– Ты знаешь, Катя, в разводе всегда виноваты оба. Я не снимаю с себя ответственности, но…

– Давай откровенно, пап, – предложила Катя. – Из-за чего вы разошлись? Почему ты ушёл из дома?

– Я думал, после разлуки всё встанет на свои места, мы снова будем любить друг друга, а потом вы куда-то пропали… Я, буду откровенен, немного потерялся в жизни. Плыл по течению…

– Мать говорила нам, что ты… это… бомжуешь, – смущённо сказала Екатерина. – Вроде тебя кто-то из знакомых видел.

– Всяко было, – улыбнулся Брамс. – Кать, всё хорошо, что хорошо кончается. Может, всё это на пользу дела. Слава богу, сейчас всё наладилось…

– А ты где работаешь? – поинтересовалась дочь.

– В «Газинтерплюсе», – ответил Осип Емельянович, – слышала?

– Да кто ж о нём не слышал! И кем?

– Отвечаю за организацию культурно-просветительной работы! – улыбнулся отец.

– Вот тебе раз, – вздёрнула брови дочь, – ты же всегда говорил, что стопроцентный технарь. И вдруг…

– Судьба, Катюша, непредсказуема. Вот ты знаешь, чем будешь заниматься через пять лет?

– Наверное, всё так же – учить детей буду русскому языку литературе.

– Слышишь, как это звучит в твоих устах? – улыбнулся отец.

– Как?

– Ты начинаешь ответ со слова «наверное»…

– Это да!

– А это означает, уверенности нет, что будет именно так. Вот и у меня получилось. Всё мог предположить, и чуть однажды главным инженером предприятия не стал, и в завгарах ходил, но вот что культурно-просветительной работой буду заниматься, вовек бы не поверил.

– Остаётся тебя только поздравить! – дочь поцеловала родителя в щёку.

– Слушай, Кать, – вспомнил отец, – ты же скоро в декрет пойдёшь, верно?

– Да, – кивнула дочь.

– А перебирайся в Москву, что ты будешь тут задницу морозить?

– Нет, пап, я с матерью не смогу жить в одной квартире…

Осип Емельянович внимательно посмотрел на дочь и покачал головой. «Довоспитывалась, – мысленно произнёс Брамс, – уже и родная дочь не хочет с тобой жить под одной крышей. Это ж как нужно было довести девчонку!»

– А зачем тебе с матерью? Перебирайся ко мне. Я живу в центре. Родишь, буду за внуком присматривать.

Екатерина задумалась. Осип Емельянович не торопил её с ответом. Спустя несколько минут дочь сказала:

– Спасибо, папуля, тебе за приглашение, но я, пожалуй, останусь здесь. Вдруг Валерка приедет, а меня и след простыл. Но я шучу, конечно, просто не хочу уезжать отсюда. Мне тут нравится. Ты знаешь, здесь жизнь другая, другие взаимоотношения, да и сами люди другие, психология и отношение к жизни совершенно иные. Я не знаю, как это объяснить, хотя учёные утверждают, что Север человека очищает от всего наносного и фальшивого. Может, поэтому? А наш директор в школе говорит, что виной всему северное сияние. Оно якобы воздействует на человека и меняет его в лучшую сторону. Как-то так, – рассмеялась Катерина. – Не хочу я в Москву, не обижайся.