Теперь Надежда сидела с телефонной трубкой в руках и жаловалась на жизнь своей приятельнице Василисе среди обновленных стен. Василиса предложила ей вернуться домой.
Надежде грузчики помогли вынести мебель, которую она заработала за жизнь с Витольдом. Даром она ему готовила? Нет, конечно. Живя с Витольдом, Надежда совсем забыла, что у нее дома небольшая квартира. От жадности она прихватила не только мебель, но и посуду, и одежду свою.
Куда все это деть в небольшой квартире она и не подумала. Всю свою злобу она выложила на голову матери. Иногда она произносила обычные слова, состоящие из набора претензий разного рода. В конечном счете, она отдала посуду на кухню, а мебель пересмотрели, и лишнюю сдали в комиссионку.
Неназойливо Надежда села на кухне в квартире матери, и практически ее не покидала. Она была твердо уверена, что мать обои на кухне не переклеит.
Витольд лежал в спальном мешке на полу по центру комнаты и осматривал стены.
Это он на кухне сменил обои, а в комнате еще и не начинал творить. В его голове стали рождаться идеи, которые носили геометрический характер в цветовом исполнении. Он придумывал, как можно художественно оформить стены, пока у него нет никакой мебели.
Молодой человек забыл обиды, он придумывал, и был счастлив. Найдя решение, он приобрел материалы для продолжения ремонта, который делал по утрам до работы, или по вечерам после работы. Он наслаждался тем, что творил на стенах.
Ему было хорошо.
Естественно, что он стал часто бывать в магазине с кратким названием «Обои». За прилавком стояла худенькая девушка, которая легко его понимала, и находила те обои, которые он просил.
Надо ли говорить, что Витольд и девушка из магазина «Обои» встретились у него дома? Она с любопытством рассматривала стены, восхищалась его творчеством. Он был рад общению на любимую тему. Они сидели на спальном мешке, и пили чай из алюминиевых, походных кружек.
На другой кухне сидела Надежда, смотрела в окно на пролетающие в воздухе воздушные трамваи, и в буквальном смысле тосковала о Витольде. Без него ей было скучно, если честно она успела отвыкнуть от мамы, ее тянуло в его грубоватые, сильные объятия.
Она физически ощущала его отсутствие, словно земля ушла из-под ее ног, будто она все время летела по воздуху в воздушном трамвайчике, и никак не могла долететь до остановки на башне.
Бывает однотонное, безликое небо серого оттенка, иногда так тянутся бездонные дни. Вспышки чувств, как свет солнца в сером небе, бывают крайне редко. Витольд после того как осуществил свой замысел по изменению цветовой гаммы стен в квартире, загрустил неизвестно о чем, или о ком. Ему вдруг надоели игры с обоями, захотелось съесть что-нибудь вкусное, с пылу — с жару, приготовленное его единственной женщиной.
- «Кто может сравниться с Любашей моей», - пропел он неожиданного для самого себя.
Его призыв закружил вокруг Надежды. Она встрепенулась у плиты, стала готовить, жарить, парить, резать, укладывать еду в герметичную тару.
Забыв о гордости, она думала только о своем голодном, единственном мужчине. Она взяла в руки кладь с едой, и внезапно опустилась на стул, словно раздумывая о чем-то горестном, потом улыбнулась себе любимой, и вышла из квартиры с едой для любимого человека.
Витольд ждал ее. Он физически ощущал, что его любимая еда сама к нему едет, идет, взлетает в скоростном лифте. Он просто подошел к двери и открыл ее. Точно, его Надежда шла к нему из лифта. Он схватил ее тяжелую сумку, прижался щекой к ее щеке, вдыхая ее запахи косметики и, приготовленной пищи.
«Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок» был проверен на личном опыте. Любовь после хорошей еды — святое дело, даже естественное. Спальный мешок так и лежал по центру комнаты с великолепными стенами, украшенными по замыслу дизайнера, сытого до последней степени.
У спального мешка есть хорошее свойство — он не скрепит, он безразмерный, поскольку части тела, не вмещающиеся на его поверхности, спокойно могут касаться пола.
Надежда подошла к двери, посмотрела в глазок, увидела нечто тощее и невысокое. Открыла дверь. Перед ней стояла худенькая женщина. Надежда даже не удивилась, ведь она только, что вспоминала ее худым словом.
— Простите, Витольд дома? — сказало нежное создание.
— Леночка, зачем он вам? — сурово спросила Надежда, извергая пламя ненависти из глаз.
— Я не Леночка, меня зовут Алена, — сказала молодая женщина голосом снегурочки из сказки. — Надежда, так это вы вывезли у Витольда мебель из комнаты, — сказала она храбро.
Читать дальше