Давид Гай - Террариум

В конце его второго срока пребывания во власти она поставила точку в спортивной карьере, стала более частой гостьей в Резиденции – жена ВВП ей не мешала, ее и след простыл; поразительное, полузабытое чувство почти постоянного присутствия женщины, молодой и прекрасной, поначалу выбивало, как электрические пробки, из привычного жизненного распорядка, но едва охранники увозили Арину по делам в город, он начинал испытывать неуютство, хотел вновь и вновь видеть ее рядом, вместе завтракать, плавать в бассейне, гулять, обсуждать всякие разности, включая милые глупости – скажем, необходимо ли мужчине, которому за пятьдесят, раздеваться для фото, как молодой женщине: она имела в виду снимки голого безволосого торса ВВП, наделавшего шума в прессе; “А твои откровенные фотки на обложках глянцевых журналов, это как?” – “Ну, во-первых, это было до нашего близкого знакомства, а во-вторых, согласись, мне есть что показывать, это не эротика, а эстетика”. – “Ты считаешь, я недостаточно обнажился и не те места?” – шутка вышла не самой удачной, понял по арининому лицу. – “Достаточно, достаточно”, – чтобы прекратить разговор.

Она наезжала к нему и в кавказскую Резиденцию, задействованы были все средства секретности и надо же – недруги пронюхали, что близкий приятель, нефтяной трейдер-миллиардер, взяв Арину на борт, на личном самолете вместо прямого рейса на Кавказ залетел в Злату Брагу, а уж потом к нему в Черное ущелье – какого рожна ему нужно было там? – недруги скопировали полетный лист с фамилиями, где, гады, добыли? – и раззвонили; беда, когда из-за недосмотра утекает важнейшая информация, другое дело, когда в самом начале их связи собиралась информация об Арине – по просьбе ВВП те, кому было поручено, раскопали все, что можно было, интересовала личная жизнь Арины, и много чего открылось: девушка оказалась любвеобильной, в реестре увлечений кого только не было – и спортсмены, и денежные мешки, последняя страсть, похоже, самая сильная, к свадьбе шло, – мент-красавчик, грузин, окопался в столице Преклонии на непыльной должности, подарил Арине “Мерс”, мигом проверка нагрянула – откуда у мента такие деньги? Понятно, откуда, майор быстренько сообразил, что в покое его не оставят, и уволился, а потом и сама Арина насчет свадьбы задний ход дала – майор, оказывается, был женат, и ребенок имелся… и вскоре ВВП вошел в ее жизнь бесповоротно, а она – в его, положив конец сомнениям, будто у ВВП, как у Кая, нет сердца, а вместо него – ледяной осколок: как-то в беседе с гансонским журналистом, писавшим о нем заказную книгу, в порыве откровенности чуть приоткрылся: “в моей семейной жизни не хватало эмоциональности”. Воробышек изо рта выпорхнул не случайно – обмолвка придумана была пиарспецами и соответствовала правде, зато с Ариной эмоции хлестали через край.

Забеременев, – кажется, после того ставшего явным посещения Черного ущелья, Арина спросила у ВВП: как быть? – и получила твердый ответ – рожать; тем более, доктора установили – мальчик, это ли не мечта в его-то лета – иметь наследника… и даже приоткрывшая завесу секретности публикация в преклонской газетенке о якобы предстоящей его и Арины свадьбе не портила настроения: в Латинии, где он в момент выхода статейки находился в гостях у Базилио, заявил, что в этой истории нет ни слова правды; газетенку прикрыли, остальные СМИ приняли недвусмысленный сигнал – изничтожению подвергнется всякий печатный орган, который позволит впредь совать свой гриппозный нос в личную жизнь ВВП; и Арина в своем блоге написала то же, только, понятное, без угроз – не бабье это дело: “Я не ханжа, но мне не нравится, когда мою жизнь выставляют на обозрение, как товар. Уверена, что у каждого человека должно быть что-то сокровенное, свое. Вот и моя личная жизнь – это сокровенное и только мое”. Спустя некоторое время Арина специально сфотографировалась с малышом, объявив его племянником, сыном младшей сестры; в интернете не преминули отметить поразительное сходство белобрысого светлоглазого ребятенка с его предполагаемым, некоторые уверяли – несомненным, родителем, и выложили в Сети снимки маленького В. – сходство бросалось в глаза, а как ему не быть?! – однако обсуждать щекотливую тему в газетах и в зомбоящике никто не решился; так и заглохли досужие слухи и сплетни.

Ребенка крестили, а перед этим событием Арина приняла христианство: по матери она христианка, по отцу – мусульманка, жили родители врозь, мать – в столице Преклонии, отец – в Средней Азии, где родилась Арина, но ВВП решил – до крещения сына должно состояться конвертирование его матери, переход в другую веру, дабы о мусульманстве не вспоминали; она не противилась, хотя, по ее словам, мусульманкой себя никогда не считала; крестил дитя духовник ВВП – Тит в церкви Резиденции. Серьезный разговор затеялся с отцом Арины, бывшим футболистом, теперь тренером, он понравился ВВП – настоящий мужик, не лебезил, не заглядывал подобострастно в глаза, держался независимо, как подобает отцу молодой незамужней женщины, родившей вне брака; и обращался к ВВП “на ты”, без всяких цирлих-манирлих: “Имей в виду, я небольшой человек, но гордость и самоуважение имею – c Ариной номер не пройдет, поматросил и бросил – не про нее; не знаю твоих дальнейших планов, но хотел бы видеть дочку счастливой в браке, ты пусть и ВВП, но для меня ты отец ребенка моей дочери, и только, в моем доме свой ВВП имеется, это я, так что, надеюсь, рано или поздно станем тестем и зятем, как положено…” ВВП ухмыльнулся и по-свойски, по-родственному похлопал его по плечу – все будет хорошо, не переживай…