Пол Пен - Огоньки светлячков

Я не знал, что ответить.

– Мы хотели, как лучше, – пробормотала мама.

– Лучше? – Улыбка на лице сестры превратилась в болезненную гримасу. – Так смотрите, чего вы добились.

Сестра смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Затем огляделась, будто указывала на весь подвал.

– Мы жили все вместе. – Отец склонился к самому ее уху. – У тебя есть два брата и семья, которую ты хотела разрушить.

– А теперь, когда дед умирает, вы решили отпустить мальчика?

– Он не умирает! – выкрикнула бабушка.

Отец сжал руками шею сестры, заставляя ее замолчать. Но услышанного мне было достаточно, чтобы все понять.

– Ты знала? – выдохнул я. – Ты знала, что они хотят дать мне уйти?

Сестра несколько раз моргнула между прядями, скрывавшими почти все ее лицо. Ресницы были как мухи, попавшие в паутину. Сестра дернулась, но не ответила.

– Конечно, знала, – произнес за нее отец. – Мы приняли решение, когда родился ребенок. Еще до того, как дедушка спустился и сообщил нам, что с ним случилось.

В ту ночь, когда я увидел в подвале Человека-сверчка. И описался от страха в общей комнате.

– Его здоровье лишь подтолкнуло нас действовать быстрее, – продолжал объяснять отец. – Но, похоже, твоя сестра задумала всех опередить.

– Ты знала, – повторил я, не сводя глаз с сестры. На этот раз я не спрашивал, я был уверен.

– Она хотела использовать тебя, чтобы рассказать людям о подвале, – заключил отец.

Я зажал рот ладонями.

– Никто не должен знать, что мы здесь, – взволнованно произнесла бабушка.

– Но она сказала, что вы сможете здесь остаться…

Я замолк, когда понял, что повторил вслух слова сестры. Это тоже был обман. Как и то, что она рассказывала мне о Человеке-сверчке. Она не успокоила меня, не открыла правду, хотя видела, как я его боялся. Я посмотрел на сестру. Глаза наполнились слезами от осознания, что меня опять предали.

Сестра попыталась вырваться из рук отца.

– Они поступили с тобой намного хуже! – закричала она.

Я заметил, что сестра пытается освободить сначала правую руку. Неожиданно она успокоилась. Выплюнула волосы, попавшие в рот. На лице появилась злобная полуулыбка.

– Ты ведь знаешь, на что способен твой отец.

– А на что я способен? – переспросил тот. – О чем ты?

Я знал, о чем она говорит. О ночи, которую я провел в ванне. О царапинах на спине папы, которые заметил, когда подглядывал из-за шторки.

Сестра взмахнула ногой, чтобы заставить отца потерять равновесие, и стала брыкаться, как на столе в кухне, когда рожала сына. Каблуком она наступила отцу на ногу, вывернулась и укусила его за руку. Отец изо всех сил старался удержать насекомое, на которое теперь была похожа сестра. Они вместе повалились на пол у шкафа. Сестра вытянула шею и посмотрела на меня.

– Ты знаешь, на что способен твой отец.

Я вспомнил слезу, упавшую в ту ночь на прорезь в маске, встал и подошел к шкафу.

– Беги! – во всю силу легких закричала сестра. – Они никогда не позволят тебе уйти! Они должны защитить отца! Беги из этого подвала и расскажи всем, что здесь происходит!

Папа всем телом навалился на сестру и сжал ее челюсть крепкими пальцами. Я видел, как вздулись вены у него на лбу.

Сестра попыталась высвободить правую руку, но отец придавил ее коленом.

– Что ты ему сказала? – процедил он сквозь зубы. Их носы почти соприкасались.

Я сделал шаг к шкафу, но мама меня остановила, положив руку на плечо.

– Беги! – закричала сестра. – Они никогда тебя не отпустят!

– Мы отпустим тебя, сынок, – сказала мама.

– Тогда докажи, – неожиданно тихо произнесла сестра. – Пусть идет сейчас.

Я повернулся к маме, ожидая разрешения, но она лишь сильнее сжала пальцы.

– Прости. Но мы не хотим, чтобы ты уходил вот так.

Мама наклонилась и обняла меня. Значит, мне придется остаться в подвале на всю жизнь.

Я попытался вывернуться, готовый бороться за свободу. Мама дала мне пощечину, чтобы привести в чувство, ногти-пилы оставили на щеке царапину. И тогда я понял, что сестра и в этом меня обманула.

Я перестал вырываться и во все глаза смотрел на маму. Потом перевел взгляд на сестру, чье лицо было скрыто волосами. Отец прижимал ее голову к полу.

– Ты солгала мне о папе, – пробормотал я.

Прядь волос упала, открывая горящий яростью глаз с капельками пота под ним.

– Беги… – просипела она. – Или никогда отсюда…

– Ты сказала неправду, – повторил я. – В ту ночь, когда я спал в ванной. Ты сказала, что пришла умыться из-за папы. Что спину ему поцарапала ты. Но сначала ты слишком долго думала. Потом показала как, но только одним пальцем. – Я повторил жест, которым сестра провела по моей спине в ту ночь, когда рассказала, что ребенок в ее животе появился из-за папы.