Сергей Мавроди - Сын Люцифера

Ладно, чёрт с ним! Пусть катится. Связываться!..

— Опять Вы! — Русс, не веря собственным глазам, смотрел на давешнего мужчину. Того, из бара. — Да Вы прямо экстремал! Я Вам говорил уже, что Вы мне не нравитесь? Чего Вы у меня вообще под ногами всё время путаетесь!? Приключений себе ищете? Судьбу испытываете?

— Садитесь, садитесь, Герман Львович! — мужчина благодушно похлопал рукой по креслу рядом. — Чего зря стоять. Тем более, что разговор нам с Вами интере-есный предстоит!..

— Какой ещё разговор!? — Русс ещё не отошёл до конца от Чечни и заводился с пол-оборота. По любому поводу. Да даже и без оного, если откровенно. Нервы!.. Нервы…

Тем более, что сейчас-то повод как раз был. Сидящий за столом человек раздражал его безмерно. Он, собственно, и сам не мог понять, чем именно. Хотя, чего там и "понимать"-то!.. Да всем! Манерой этой своей… Покровительственно-снисходительной. Тоже мне, пуп земли русской! Кто ты вообще есть по жизни? Коммерсюга, небось, какой-нибудь. Нахапал себе бабла, вот и понтуется. Пока я, блядь!.. в горах!.. А в прошлый раз!?.. Что это ещё за "кекс, брекс, фекс" дурацкие? За кого ты меня вообще держишь, козёл?! За идиота? Думаешь, самый умный?..

За это, между прочим, и спросить можно. Конкретно! Как с понимающего.

Так что извини, дружбан! Сам напросился. Нарвался. Сейчас я с тебя получать буду. И за "кекс, брекс, фекс" твой и за… Ты мне сейчас всё обоснуешь!..

Русс уже чувствовал знакомое весёлое возбуждение. Как всегда перед дракой.

— Я Сатана, — спокойно сказал мужчина.

— Что? — Русс непонимающе уставился на своего странного собеседника, но уже через секунду громко расхохотался. — Ну, и погоняло же у тебя! Самое, что ни на есть, подходящее. Дьявол, значит. Чёрт! Ну что ж, ты сам определился. Кто ты есть по жизни. Значит!..

— Я не шучу, — так же спокойно повторил мужчина.

Но было на этот раз в его интонациях что-то такое… Русс полагал, что он ничего в этой жизни не боится. Ни бога, ни чёрта. Но тут… Это был даже не страх в обычном понимании этого слова. Это был тёмный ужас сверхъестественного. Он понял, что вдруг, что означает выражение: "мороз по коже продрал". Хотя ничего сверхъестественного, собственно, не происходило. Кругом был белый день, перед ним сидел совершенно обычного вида мужчина…

Но всё же это уже не имело решительно никакого значения. Русс нутром чуял опасность, печёнками! Этому он тоже там, в Чечне научился.

И вот теперь он почуял в сидящем напротив с безмятежным видом человека даже не опасность!.. нет!.. а… Этому даже слов подходящих не было. Словно перед ним сидела сама смерть. Принявшая на время человечье обличье. Или сама судьба. Перед лицом которой все равны. Все одинаково ничтожны.

И он, со всем своим огромным опытом реальных военных действий и со всей своей хвалённой супервыучкой суперэлитного героя-спецназовца, и любой неразумный младенец. Любой сопляк, сосунок. Как она, судьба, решит — так и будет. Захочет — и Давид опять победит Голиафа. Сто голиафов! Тысячу!! Миллион!!! Всё в руке божьей. Господа нашего. Или дьявола. Тоже нашего. Князя, мира сего. "Предана мне власть над всеми сими царствами и слава их…"

— Садитесь, Герман Львович! — требовательно произнёс мужчина, и Русс на сей раз послушно и безропотно, как овечка, уселся рядом с ним.

Уж кто-то, а он-то дразнить и испытывать судьбу вовсе не собирался. Он был для этого слишком опытен. Не-е-ет!.. Что такое смерть, он знал не понаслышке. Он был знаком с ней хорошо. Там, в чеченских горах она часто бродила где-то совсем рядом. Правда, так близко, как сейчас, всё-таки никогда ещё не подступала. Да и обличье у неё там, на Кавказе, было другое.

Но всё это не могло обмануть Русса. Он узнал её. Безошибочно.

— Так значит, Герман Львович, Вы всерьёз полагаете, что выбор есть всегда? — словно продолжая только что начатую светскую беседу, с любопытством поинтересовался?.. поинтересовалась?.. поинтересовалось?.. сидящее рядом с присмиревшим, испуганным Руссом кошмарное существо. И, не дожидаясь ответа, продолжило. — Должен Вас разочаровать. Хотя, впрочем, возможно, Вы в некоторой степени и правы… Есть-то он есть, но есть также и нюансы! — мужчина весело рассмеялся. — Иногда весьма существенные.

Русс всё это с напряжённым вниманием слушал и пока ровным счётом ничего не понимал. Впрочем, в том, что всё вскоре прояснится, он не сомневался ни минуты. Равно как и в том, что лучше бы не прояснялось. Ничего хорошего ждать не приходится. Он умудрился, сам того не желая, разозлить госпожу судьбу, и теперь она, похоже, вознамеривалась слегка его проучить. Знать бы только, что по её меркам значит "слегка"!