Сергей Мавроди - Сын Люцифера

Проблема была в другом. В его огромной трёхкомнатной квартире в самом центре Москвы, в которой он остался теперь совсем один. Приезжавшие на похороны родственники (по материнской линии — муромцы, а по отцовской — украинцы) смотрели на неё масляными глазками и облизывались. И сладенькими голосками наперебой зазывали Шарая приехать к ним летом "погостить". По-родственному.

И Шарай имел неосторожность однажды эти их приглашения принять… И эта была, как вскоре выяснилось, самая страшная ошибка в его жизни.

Нет, встретили его, что называется, по-царски. Особенно на Украине. Водили как дорогого гостя из избы в избу. Из хаты в хату. Ежедневные застолья, горы домашней снеди (очень вкусной, кстати!), бесчисленные здравницы и тосты… Самогонка лилась рекой. Две недели пролетели как один счастливый миг. Шарай даже и протрезветь толком ни разу не успел. Хотя вообще-то пил он более чем умеренно. В обычной, нормальной жизни. Ну, тут уж!.. Сам бог велел! Родственники… В кои-то веки раз выбрался… Самогон свой, домашний — чистый продукт. Даже голова наутро не болит почти. Особенно, если ещё сразу же "по десять грамм" на грудь принять. Да и под такую закуску!.. Свежий воздух опять же… Ладно, короче. Чего уж там! Наливай!

Словом, "гостить" было весело и приятно. И у тех, и у других (муромцы тоже в грязь лицом не ударили!) Какой-то феерический непрекращающийся ни на минутку праздник… Пир. Тем тяжелее оказалось похмелье.

Когда Шарай спохватился, было уже поздно. Гости из Мурома и с Украины плотно оккупировали квартиру и повалили косяками. Поток их, поначалу жиденький и тоненький, рос, ширился и густел буквально на глазах. С каждым днём! Отказать им не было решительно никакой возможности ("Я муж сестры Кати дяди Форы! Помните, Вы тогда летом у нас гостили?..") Вскоре квартира бедного Шарая превратилась в какую-то перевалочную базу. Все комнаты и коридор были вечно завалены какими-то баулами, коробками, сундуками всегда там кто-нибудь тусовался… Одни уезжают — другие приезжают… В ванной вечно кто-то моется, на кухне кто-то толчётся… Короче, не квартира, а караван-сарай какой-то! Ночлежка! Сумасшедший дом!

Шарай стонал, вздыхал, скрипел зубами, проклинал всё на свете, бранился втихомолку и чуть не плакал, но что он мог поделать против естественного хода событий? Необоримой силы вещей. Нужны были какие-то решительные и радикальные меры, а какие? Выгнать всех в шею и переругаться со всеми к чёртовой матери!? Немыслимо! Да он и не способен был на такое. А что ещё? Ничего. Приходилось терпеть и стоически нести свой крест.

— Да… Да… Но я же говорю, у меня родственники!.. К тебе?.. Ну, хорошо… Ладно, договорились. Я тебе перезвоню ещё. Когда буду выезжать… Ну, всё.

Шарай положил трубку и беспомощно посмотрел по сторонам, словно ожидая помощи. Потом похлопал себя легонько ладонью по животу.

Вот и ещё одна проблема! Проблема номер два. Ларочка. Точнее, скорее уж, проблема номер один. Поважнее даже родственников будет!.. Жениться уж, что ли?.. Сколько же можно тянуть?.. Голову девушке морочить… Да и всё равно ж я никуда не денусь! — Шарай хотел было пойти на кухню попить чайку, но в последний момент вспомнил, что там сейчас наверняка кто-то сидит, чай пьёт — и остался. Только грустно покачал головой. —

Ну, жи-изнь!.. Ладно, они уйти, вроде, сейчас собирались… По магазинам шастать. Подождём… — мысли его против воли опять вернулись к Ларочке. Они у него последнее время всегда к ней возвращались. Так или иначе. — Так что же всё-таки делать-то?.. А?.. Жениться?.. — он в тоске обвёл глазами комнату. Жениться ему не хотелось. Совершенно! Лучше утопиться пойти. Но что было делать? Если уж всё так получилось!.. Вышло. Что!?..

С Ларисой Меликовой Шарай познакомился лет семь назад. (Ну да, точно семь!.. В июне исполнится.) На работе. Вернее, это она с ним познакомилась. Сначала повадилась в отдел то и дело захаживать, где Шарай сидел. Глазками в него стрелять. Тогда он ещё молодым специалистом был. А Ларочка — юной совсем 18-летней девочкой. Вчерашней школьницей.) Потом на одной вечеринке отдела как-то случайно рядом с ним оказалась… Дальше — больше!.. А чего "больше"?.. — Шарай невесело усмехнулся. — Дальше — как обычно. Трахнулись… Стали встречаться… Так вот до сих пор и "встречаемся". Семь лет уже.

— Саш, ну, мы пошли! — в дверь просунулась чёрная как смоль усатая голова какого-то очередного «брата-мужа дочери-сестры-какой-то там тёти Моти». — Где-то в шесть часов примерно вернёмся. Ты будешь дома?