Сергей Мавроди - Сын Люцифера

Гравий… гравий… Ага! вот они, эти ямы, значит, всё правильно, сейчас асфальт начнётся… Ну, точно! вот он, родимый, — всё правильно, сейчас на трассу выскочим. А там уже!.. Господи, пронеси! Неужели получилось?..

Кучумов посмотрел направо… налево… притормозил, пропуская какой-то грузовик, и аккуратно вырулил на главную дорогу. Плавно притопил педаль газа, и машина, быстро набирая скорость, рванулась вперёд.

Всё! — Кучумов облегчённо откинулся на спинку кресла и покосился на съёжившуюся на соседнем сиденье девочку. — Спасены!

Он уже хотел было улыбнуться Даше и сказать ей что-нибудь одобрительное, как вдруг улыбка замерла у него на губах. Он заметил краем глаза, как сидящие в ехавшей навстречу бээмвэшке четыре крепких короткостриженных парня в изумлении вытаращились на него и на Дашу, а поглядев в зеркало заднего вида, увидел, как бээмвуха резко затормозила и начала торопливо разворачиваться.

Пиздец! — похолодев, понял он и почувствовал, что сердце у него обрывается и проваливается куда-то в ледяную пустоту. — Ну, я и дурак! Нужно было спрятать её. Хотя бы на заднее сиденье посадить.

Шансов уйти от мощного бумера не было никаких. Кучумов это прекрасно понимал.

Всё дальнейшее словно слилось для него в одно единое длинное мгновенье.

Дикий скрежет тормозов, он выскакивает из своей старенькой "девятки", обегает её, распахивает правую дверь, хватает ничего не понимающую и визжащую от ужаса девочку и грубо вышвыривает её из машины:

— Беги отсюда!! Быстро!!!

Вскакивает снова в машину, разворачивается почти на месте, круто вывернув руль, и мчится, вдавливая до упора в пол педаль газа, всё быстрее и быстрее, навстречу стремительно приближающийся, сверкающей на солнце иномарке.

Только лоб в лоб!! — успевает ещё подумать Кучумов, прежде чем через секунду всё тонет для него в чудовищном грохоте и грозном рёве пламени.

— Папа, а тот дядя умер? — уже лёжа в постели, спросила чистенькая, умытая и причёсанная Даша, вопросительно и серьёзно глядя снизу вверх на своего отца.

— Да, — помолчав, ответит тот. — Так получилось. Спи, Дашенька! Ты устала, тебе надо сейчас поспать. Спи.

__________

И спросил у Люцифера Его Сын:

— И что будет дальше с той девочкой?

И ответил, усмехнувшись, Люцифер Своему Сыну:

— Ничего. Она вырастет, выйдет замуж, нарожает детей и забудет всю эту историю.

И настал семьдесят третий день.

И сказал Люцифер Своему Сыну:

— Выбор есть всегда. Даже когда кажется, что его нет вовсе.

Доронин курил, задумчиво глядя в потолок.

Во сутуёвина! — кисло усмехнулся он, наблюдая, как синеватый дымок, медленно клубясь и свиваясь в колечки, неторопливо ползёт вверх. — Фильм ужасов прямо какой-то! Даже похлеще. Пласты реальности! О-охуеть!

Он затушил окурок и потёр висок.

Чёрт!.. Башка даже разболелась! От всех этих, блядь, мыслей.

Доронин встал и вышел на балкон.

Так, что всё-таки будем делать?.. А?..

Дело в том, что несколько лет назад от Доронина ушла его любимая девушка. Уехала в Америку. Наговорила ему кучу красивых, высокопарных глупостей про любовь; про чувства; про то, что "она сама не знает, что с ней творится"; что "судьба ведёт человека за руку, а если он сопротивляется, то тащит его за шиворот" и пр. и пр. всё том же подлом, бабском духе — и уехала. То есть это Доронин только потом узнал, что она уехала и что у неё уже чуть ли не билет в тот момент на руках был; а тогда она просто гордо заявила ему, что уходит — и с понтом ушла. В никуда якобы.

— Нет у меня ни любовника, ни планов, ничего! — я просто ухожу!

Извини, мол, дорогой! Прошла любовь, завяли помидоры. Адьё! Прости, если сможешь.

Ах, как все трогательно и возвышенно! Как в кино.

Н-да… Такая вот романтическая история. Ну, в общем, кинула девочка бедного Доронина и укатила в далёкие края счастье искать. Если называть вещи своими именами. Замуж, кстати, сразу же там вышла. Да-а!.. Якобы фиктивно. Чтобы в Штатах остаться. ("Нет у меня ни планов, ничего!.." Сука!)

Сейчас горбатится за гроши где-то в глухом американском захолустье и периодически (как только денег накопит) Доронину оттуда названивает, во всём кается и назад просится.