Мариша Пессл - Проснись в Никогда

– Ты серьезно?! – прошептала изумленная Марта. – Раз, и все? Как ты?..

– Потом объясню.

Прежде чем погрузиться в изыскания, я прикрыла веб-камеру листком бумаги. Я не знала, что произойдет, когда станет ясно, что система взломана, но понимала, что действовать нужно быстро. У Эдгара Мейсона был персонализированный почтовый интерфейс под названием «Торчлайт комманд». Когда я открыла программу, в верхнем правом углу экрана появился таймер, фиксирующий мои действия.

Первым делом надо было найти письма от Джима.

Нам не удалось обнаружить ни одного. Поиск по именам его братьев и сестер выдал ворох электронных писем, но сообщений, адресованных Джиму или полученных от него, не нашлось.

– Отец стер всю переписку с ним, – прошептала Марта. – Зачем?

– Может, там было что-то взрывоопасное.

Она пожала плечами.

На жестком диске мы увидели две с лишним тысячи папок, хранившихся на облачном сервере под названием «Библиотека Торчлайт». Я вбила в строку поиска имя «Джим Мейсон». Ничего не нашлось. Мы откопали тонну финансовых документов, перечни мутных холдинговых компаний с названиями вроде «Редшор кэпитал Америка» и «Фонд граундвью», зарегистрированных на Каймановых островах и в Панаме. Были сведения о выручке и переводах из турецкого банка в швейцарский – суммы в долларах выражались числами с таким количеством нулей, что это казалось опечаткой. Возможно, какие-то переводы были незаконными или имели отношение к смерти Джима, но правда была погребена под слоями имен, цифр и символов, с трудом поддававшихся расшифровке.

– Может, Эдгар занимается финансовыми махинациями, – предположила Марта. – Использует рабский труд. Эксплуатирует детей. Допустим, Джим узнал об этом и у них случилась крупная ссора.

– Если бы Джим выяснил что-нибудь такое, это подкосило бы его. Но он не стал бы кончать с собой.

Марта пожала плечами.

– А вдруг Эдгар нанял кого-нибудь, чтобы убить Джима?

Я с изумлением покосилась на нее:

– Родного сына?

– А если он считал, что может потерять империю, которую построил с нуля? Почему нет?

Внезапно она распрямилась и, нахмурившись, указала на стеклянные стены. Я с ужасом поняла, что стекла трескаются одно за другим. По ним пошли тонкие извилистые трещины, ветвясь и расползаясь в разные стороны.

– Нестабильность Никогда, – прошептала Марта.

Я кивнула и торопливо вернулась к входящей почте. Мне совсем не хотелось, чтобы Марта задалась вопросом о том, что означает все это разрушение и не я ли вызвала его. Я уткнулась в экран и сощурилась.

– Бо́льшую часть писем Эдгар получал от женщины по имени Дженет, – сказала я, откашлявшись. – Своей ассистентки. У них есть система, в которой она читает все его письма и делает для него краткую выжимку.

– «Звонил Крис Эндлберг, президент Принстона, – начала медленно читать Марта. – Очень признателен Вам за то, как Вы разрешили вопрос с С. О. Они воздержатся от дисциплинарных мер». Хм… Ладно. Что еще?

Мы принялись просматривать письма за неделю, предшествовавшую гибели Джима.

Среди них не было ничего необычного. Несговорчивый член правления. «Патрику придется уйти». Агент по недвижимости хочет показать Эдгару еще не выставленное на продажу поместье в Бедфорде стоимостью сорок восемь миллионов долларов. «Не фонтан». Кто-то, имеющий отношение к ресторану быстрого питания, желает получить очередной заем. «Понимаю Ваше беспокойство, но сейчас пора расширять линейку готовых замороженных обедов из жареных цыплят с романтическими названиями вкусов». После смерти Джима несколько дней приходили письма относительно приготовлений к похоронам, доставки цветов, договоренности с Вестсайдским хором мальчиков, списки тех, кто должен был присутствовать, и тех, кто должен был выступать. Читать эту сухую переписку было странно. Казалось, что смерть Джима была лишь одним из мероприятий в плотном графике его отца. Мое имя тоже было там, среди трехсот других.

– Ничего не понимаю, – прошептала Марта и, наморщив лоб, еще раз перечитала одно из сообщений.

– Что там такое?

– «К вашему сведению, С. О. хочет поменять общежитие». – Она покосилась на меня. – Это пишет Дженет. – «Он хочет, чтобы вы позвонили декану в Принстон и обо всем договорились, потому что первокурсникам это не разрешается». Странно, очень странно.

– Что именно? – спросила я.

– Еще одно письмо из Принстона. Кто из Мейсонов учится в Принстоне?

Хороший вопрос. Джим был старшим из пятерых детей. Его младшие братья и сестры ходили в среднюю школу.