Джози Силвер - Один день в декабре

— Нашли в своей скромной хижине? — спрашивает он.

У меня глаза лезут на лоб. Он что, ясновидящий?

— Точно! — отвечаю я со смехом.

— Вы могли солгать. Я бы вам поверил.

— Я считаю, что ложь не доведет до добра.

Он смотрит на меня с легким недоумением. Что ж, вполне понятно. Не часто встретишь человека, изрекающего подобные пафосные сентенции. Наверное, он решил, что «Великий Гэтсби» произвел на меня слишком сильное впечатление.

— Кстати, меня зовут Оскар, — церемонно протягивая мне руку, произносит он. — И мой план на сегодня — провести день в вашем обществе.

— Ты похожа на морскую звезду.

Оскар легонько трогает меня веслом каяка. Я переворачиваюсь на спину и лежу на воде, раскинув руки и ноги, блаженно прищурив глаза от слепящего солнца. Надо мной — сверкающая синева неба, подо мной — сверкающая синева моря. Оскар зачерпывает веслом теплую соленую воду и поливает мой загорелый живот.

— Я и чувствую себя морской звездой.

Выполняя свой план, Оскар проводит день в моем обществе. Обычно столь самоуверенные типы не вызывают у меня особой симпатии, но здесь, в этой удивительной стране, все не так, как обычно. Оскар провел в Таиланде на пару месяцев больше, чем я. Друзья, с которыми он путешествовал, вернулись в Англию, а он предпочел остаться на Ко-Липе. Это вполне объясняет интенсивность его загара.

— А ты никогда не ела морские звезды? На Уокинг-стрит их продают, насаженными на палочки, как чупа-чупсы.

Я удивленно открываю глаза. Оскар хохочет.

— Очень прикольно.

Он перегибается через край лодки, положив голову на локоть и опустив пальцы в воду. Я слегка плещу водой ему в лицо, его безупречно прямой нос покрывается каплями. Да, надо признать, он чертовски красив, причем правильной классической красотой. Ни дать ни взять оживший греческий бог. К тому же его окружает аура состоятельности, жизнерадостности и добродушия. Знаю-знаю, это до жути литературные слова, которых никто не употребляет. Но после нескольких дней, проведенных в гамаке на пляже за чтением «Великого Гэтсби», мне хочется выражаться красиво. Секрет Таиланда в том, что здесь становишься таким, каким всегда хотел быть.

— Пообедаешь со мной сегодня?

Я закрываю глаза и бормочу:

— Только при условии, что мы не будем есть морские звезды.

— Обещаю беспрекословно соблюсти это условие.

Я поворачиваюсь на живот, подплываю к каяку и хватаюсь за борт мокрыми пальцами. Лицо Оскара всего в нескольких дюймах от моего.

— Давай не будем давать друг другу никаких обещаний, — говорю я.

Он смотрит на меня с легким недоумением, в точности так, как смотрел утром в кафе, наклоняется и прижимается к моим губам своими теплыми, солеными от морской воды губами:

— Ты мне нравишься, Морская Звезда. С тобой весело.

Да будет вам известно, фамилия Оскара Огилви-Блэк. Язык можно сломать, верно? Думаю, в Лондоне наши с ним пути вряд ли пересеклись бы. Но здесь, в Таиланде, все гораздо проще, преграды и условности, разделяющие людей, исчезают. Он сообщил, что работает в банке и не видит в этом ничего зазорного. Я сообщила о своем намерении покорить сияющие вершины журналистики. Признаюсь, мое первое впечатление о нем было не вполне справедливым. Несмотря на свою гламурную наружность, Оскар способен к самоиронии, а в глазах его светится доброта.

— Но ты же не собираешься вести в каком-нибудь кошмарном женском журнале колонку светских сплетней? — спрашивает он.

— Ни за что! — отвечаю я в комическом ужасе.

После обеда мы гуляем вдоль моря по остывающему песку, пальцы наших рук переплетены, голова у меня слегка кружится.

— Я что, похожа на человека, способного рассуждать о том, кто из знаменитостей одевается всех круче, а кто — отстойнее всех?

Оскар окидывает критическим взглядом мой прикид — джинсовые шортики, черная майка, ярко-желтые завязки купальника на шее.

— Мм… Да нет, не очень-то! — смеется он.

— Честно говоря, ты и сам не очень-то похож на икону стиля, — надменно вскинув бровь, констатирую я.

Оскар, изображая смущение, опускает взгляд на собственные мятые шорты и пляжные шлепанцы.

Смеясь, мы входим в мою хижину.

— Хочешь пива? — снимая у входа сандалии, предлагаю я.

Он кивает, ставит свои шлепанцы рядом с моими и падает в кресло-мешок, сложив руки на груди.

— Чувствуй себя как дома. — Я усаживаюсь на коврик с банкой холодного пива.

— Ты уверена, что действительно хочешь этого? — спрашивает он, поворачиваясь и опираясь на локоть.