Дэвид Уоллес - Бесконечная шутка

И снова повторяется вся та же херня. Суровая курящая Группа ХНПВРН встает и аплодирует, и мужики свистят в два пальца, и на лотерейном перерыве к нему подходят пожать большую руку и даже иногда пытаются обнять.

Как будто всякий раз, стоит ему забыться и начать разглагольствовать, как он косячит в трезвости, бостонские АА так и бегут, роняя тапки, чтобы рассказать, как его хорошо услышать, и ради бога Приходи еще – ради них, если не ради себя, что бы это, сука, ни значило.

Группа «Хреново, но пить все равно нельзя», кажется, более чем на 50 % состоит из байкеров и их телок, то есть куда ни плюнь – везде стандартные косухи и сапоги с 10-см каблуками, пряжки ремней со спрятанными ножиками в форме масти пик, которые надо доставать из щели сбоку, татуировки, больше похожие на фрески, серьезные сиськи в хлопковых майках, бородищи, «харлеевские» шмотки, деревянные спички в уголках ртов и тому подобное. После «Отче наш», когда Гейтли и прочие спикеры из «Белого флага» сбиваются покурить у дверей в церковный подвал, рев заводимых с кик-стартера многолитровых движков пробирает до самого нутра. Гейтли в принципе не понимает, каково быть трезвым байкером без наркоты. Как бы – в чем смысл вообще. Он представляет, что эти люди полируют косухи до дыр и как бы реально много и метко играют в бильярд.

Один трезвый байкер, который на вид не старше Гейтли и почти его габаритов – хотя и с очень маленькой головой и зауженной челюстью, отчего напоминает какого-то симпатичного богомола, – пока они толпятся у дверей, он подкатывает к Гейтли свой чоппер длиной с авто. Говорит, что хорошо было его услышать. Жмет руку сложным рукопожатием в стиле ниггеров или металлюг. Представляется как Роберт Ф., хотя нашивка на его косухе гласит «Боб Смерть». Телка обвила его сзади руками, как и полагается. Он говорит Гейтли, что хорошо услышать, как кто-то новенький от всего сердца делится, как мучается с божественной компонентой. Очень странно слышать, как байкер употребляет слово бостонских АА «делиться», куда уж там «компонента» или «от всего сердца».

Прочие белофлаговцы замолчали и смотрят, как двое мужчин неуклюже замерли друга напротив друга, один – в объятиях телочки на рокочущем байке. Он в кожаных гетрах и косухе на голое тело, и Гейтли замечает, что у мужика на мясистом плече – тюремная наколка непонятной эмблемки АА, треугольник в круге.

Роберт Ф. / Боб Смерть спрашивает Гейтли, не слышал ли он, случаем, анекдот про рыбу. Гленн К., в гребаной рясе, естественно, не может не вставить свои пять копеек, и влезает, и спрашивает всех, не слышали ли они, случаем, «что сказал слепой, когда проходил мимо рыбного лотка на рынке Квинси», и без паузы отвечает сам: «Он сказал: Доброго вечера, дамы». Парочка мужиков-белофлаговцев угорают, а Тамара Н. шлепает Гленна К. по заостренному капюшону, но не со зла, а в духе «ну что поделаешь с нашим долбонавтом».

Боб Смерть с прохладцей улыбается (байкерам с Южного побережья полагается делать все, что они делают, с прохладцей), передвигает деревянную спичку из одного уголка рта в другой и говорит: «Не, другой про рыбу». Ему приходится общаться барным криком, чтобы переорать рвущийся в бой мотоцикл. Он наклоняется ближе к Гейтли и кричит, что он говорил вот о каком: «Подплывает одна старая мудрая усатая рыба к трем малькам и такая: „Доброго утречка, молодежь, как водичка?", и уплывает себе; а три малька такие смотрят ему вслед, переглядываются и такие: „Какая, на хер, водичка?"» Молодой байкер отклоняется, улыбается Гейтли, дружелюбно пожимает плечами и срывается, с прижатыми к спине сиськами в майке.

Всю дорогу по шоссе 3 до дома Гейтли морщил лоб от эмоциональной боли. Они ехали в старой машине Грозного Фрэнсиса. Гленн К. все порывался спросить, в чем разница между 15-летним «Хеннесси» и женской вагиной. Крокодил Дики Н. с пассажирского посоветовал Гленну, сука, не забывать, что тут дамы, блядь. Грозный Фрэнсис жевал зубочистку и поглядывал в зеркало на Гейтли. Тому одновременно хотелось плакать и кого-нибудь избить. Дешевый псевдодемонический балахон Гленна пах, как кухонное полотенце, маслянисто и прогоркло. В машине не курили: Грозный Фрэнсис всегда носил с собой кислородный баллон с бледно-голубой такой пластмассовой трубочкой, приклеенной под носом, через которую он вдыхал кислород. Все, что он рассказывал про баллон и трубочку, – типа приобрел их не по собственной воле, а уступил совету, и вот, все еще дышит и продолжает бешеную Активность.