Виржини Гримальди - День, когда я начала жить

– А я тоже в восторге от путешествия, – резко оборвала ее Мари. – Мне удалось пережить поистине фантастические моменты. И мне нечего к этому добавить.

– Это какой-то заговор. Люди не перестают меня удивлять. Им нравится посредственность. Жорж, вы мне кажетесь человеком со вкусом, надеюсь, вы согласны со мной?

Пожилой мужчина дал себе время, чтобы прожевать пищу и запить ее глотком вина. В ожидании ответа все не сводили с него глаз.

– Действительно, мадам, – сказал он, отодвигая бокал. – У меня по крайней мере достаточно вкуса, чтобы уважать мнение других и не пытаться выставить их в смешном виде.

Роза побледнела, Анжелика прикрыла рот руками, чтобы сдержать рвущийся из груди смех, Мари удовлетворенно хмыкнула, а Жорж в ту же секунду стал героем дня для Марианны.

Всю оставшуюся часть ужина она относилась к нему с внимательной предупредительностью: следила за тем, полон ли его бокал для вина, подобрала с пола упавшую салфетку, задавала ему вопросы и что-то шептала на ухо. В поведении этих двух немолодых людей было что-то трогательное, Мари не могла налюбоваться ими. И у нее не было сомнений в том, что отстраненность Жоржа будет в конце концов растоплена обаянием Марианны.

Через некоторое время Жорж и Марианна решили выйти из-за стола, чтобы совершить небольшую прогулку с целью улучшения пищеварения. Они попрощались с соседями, встали, и Марианна наклонилась, чтобы поднять с пола сумку. Мари тоже наклонилась, решив ей помочь.

И тут она увидела камею, которую узнала в тот же момент. Точно такую же сжимала женщина, сидевшая рядом с ней, когда они летели в Марсель.

Мари выпрямилась и знаком дала понять Камилле, чтобы та следовала за ней. Они вышли из зала, двигаясь в сторону каюты Анны.

Сидя рядом с Анной на постели, Мари и Камилла слушали ее объяснения. Она открыла им дверь после пяти минут непрерывного стука и сразу же поняла, что уже не имеет смысла лгать. Глубоко вздохнув, она рассказала все с самого начала.

Анна работала в офисе интернет-магазина, делила кабинет вместе с женщиной-бухгалтером. Свою работу она любила, ее устраивал гибкий график, и ей нравились коллеги. Зарплата не позволяла ей никаких безумств, но у нее был Доминик с его весьма достойными доходами. Правда, он не всегда преуспевал. Первые годы его компания по экспорту вина едва сводила концы с концами, и Анна фактически содержала его. Потом он пошел в гору и переводил свои доходы на общий счет. Анна привыкла к этому, и ей, конечно же, даже в голову не приходило, что все может измениться после их разрыва. Тем более что она и мысли не допускала, что разрыв может быть окончательным.

Она закуталась в одеяло.

– У меня аллергия на всякие формальности. В офисе я все время корпела над бумажками, но, приходя домой, даже слышать ни о чем подобном не хотела. И как вы понимаете, я ни разу в жизни не проявила интереса к банковским выпискам.

Когда она резервировала путевку в круиз, она не думала о том, что деньги, которые собирается потратить, принадлежат не только ей. Просто вынула свою карту «Gold» , набрала код, вот и все. Но несколько дней назад один из членов экипажа пришел и сообщил ей, что у нее проблемы. На лайнере пассажиры расплачивались картой «Феличита», которая раз в неделю пополнялась с их банковского счета. Поскольку наличные на борту не имели хождения, всем казалось, что они вообще ничего не тратят. Эта технология прекрасно работала: Анна транжирила деньги, не считая, как если бы играла в «Монополию».

Проблема возникла, когда внутренняя карта перестала пополняться. Анне надо было связаться с банком, чтобы выяснить, что же произошло. Но она так и не позвонила туда. Зачем? И так все ясно. Доминик, разумеется, заблокировал их общий счет. Может быть, он хотел тем самым наказать ее, может быть, ему стало невыносимо видеть ее имя рядом со своим. Доводы, которыми он руководствовался, теперь имели мало значения, поскольку главное – это результат: она больше не имела права пользоваться их деньгами. Она переживала из-за того, что с его стороны не было реакции на ее отъезд. Теперь она может успокоиться: он отреагировал.

Камилла вскочила, не в силах усидеть на месте от возмущения.

– Какая скотина!

Анна покачала головой.

– Я злюсь только на себя. Как я могла об этом не подумать? Я тратила направо и налево деньги, которые мне не принадлежали. Мне так стыдно!

– Не волнуйся, мы найдем решение, – сказала Мари, гладя ее по руке.