1 ...5 6 7 9 10 11 ...108 – И правильно сделала. Мое присутствие представляло для вас угрозу.
На всякий случай должен заметить: я не могу ручаться за дословное изложение нашего разговора. Смысл я передаю верно, но, возможно, другими словами. Тем не менее происходящее запомнилось мне навсегда; ведь если мы за что и цепляемся, так не за сами реальные события, а за память о них; вещи эти хоть и близкие, но, безусловно, не тождественные.
Впрочем, затем она дословно – готов поручиться – произнесла следующее:
– Тьма надвигается со всех сторон. Какая жуть… Какой восторг.
Ужас, сквозивший в ее словах, охватил и меня. Когда чужую боль чувствуешь, как свою собственную, – это и есть цена, которую мы платим за любовь.
Она то погружалась в горячечный бред, то возвращалась к действительности.
Болезнь брала свое, и с каждой минутой Роуз становилось хуже. Наши с ней жизненные пути расходились в противоположные стороны. Меня ждала практически бесконечно долгая жизнь, а жизнь Роуз стремительно приближалась к концу.
В доме было темно. Окна заколочены. И все же, когда она лежала в постели в своей влажной ночной сорочке, на ее светящемся в темноте мраморно-бледном лице были ясно различимы расползшиеся красные и серые пятна. На шее вздулись шишки размером с куриное яйцо. Мне было невыносимо видеть эти изменения – будто ее терзала злая сила.
– Ничего, Роуз, ничего.
Глаза ее в ужасе распахнулись, будто что-то не спеша выдавливало их из черепа.
– Тише, тише, тише… Все будет хорошо.
Что за нелепость! Ничего хорошего уже никогда не будет.
Она едва слышно застонала, скорчившись от боли.
– Ты должен уйти, – сухо прошелестел ее голос.
Я наклонился и поцеловал ее в лоб.
– Не надо, ты заразишься, – прошептала она.
– Мне это не грозит. – На самом деле я не был в этом уверен. Но надеялся, что так оно и есть. Откуда мне было знать наверняка? Я же прожил на свете всего-навсего сорок два года (при этом выглядел на шестнадцать с небольшим, как в дни, когда впервые встретил Роуз). Но мне было все равно. За те годы, что прошли без Роуз, жизнь утратила для меня свою ценность.
Несмотря на то что мы не виделись с 1603 года, я по-прежнему всем сердцем любил ее и теперь страдал сильнее, чем от любой физической боли.
– Мы были счастливы, правда, Том? – Бледная тень улыбки скользнула по ее лицу. Я вспомнил одно давно минувшее утро: был вторник, мы шли мимо Оут-барн с тяжеленными, доверху наполненными водой ведрами и весело болтали. Я вспомнил, сколько радости дарила мне ее улыбка, ее выгибавшееся не от боли, а от удовольствия тело, как мы старались не шуметь, опасаясь разбудить ее сестру. Вспомнил, как я пешком шел домой из Бэнксайда, скользя по грязи и уворачиваясь от бродячих собак, и радовался, зная, что дома меня ждет она – и на всей земле не было человека счастливее меня.
Это время, наши разговоры, каждая мелочь, вся наша жизнь , смысл которой сводился к простейшей, но основополагающей истине.
– Конечно, мы были счастливы… Я люблю тебя, Роуз, я так тебя люблю!
Мне хотелось ее усадить, накормить пирогом с крольчатиной, угостить вишней, вернуть ей здоровье. Я видел: боль так измучила ее, что она уже мечтает поскорее умереть, но не понимал, чем это обернется для меня. Я не знал, что мир уже никогда не будет для меня прежним.
Мне нужно было кое-что еще. Я страстно желал получить ответ на один вопрос.
– Любимая, а где Мэрион?
Она долго смотрела на меня. Я внутренне сжался, готовясь к самому худшему.
– Она убежала…
– Что?
– Она оказалась такой же, как ты.
До меня не сразу дошло.
– Она что, перестала взрослеть?
Роуз заговорила. Ее речь то и дело прерывали вздохи, кашель и всхлипы. Я убеждал ее дать себе отдых, но она меня не послушала.
– Да. Люди начали замечать, что с годами она не меняется. Я сказала ей, что нам опять придется переехать. Ее это очень расстроило, а тут к нам заявился Мэннинг…
– Мэннинг?
– В тот же вечер она сбежала. Я искала ее, но она исчезла. Больше я ее не видела. Не представляю, где она и что с ней. Непременно найди ее, Том. Позаботься о ней. Молю тебя, Том, не жалей сил, и тогда ты ее найдешь. А со мной все будет хорошо. Скоро я встречусь с братьями…
Никогда прежде я не чувствовал себя таким беспомощным и одновременно готовым для нее на все, даже на то, чтобы убедить ее в своем всемогуществе и нашем счастливом будущем.
– Я постараюсь, милая Роуз!
– Я знаю, Том, – еле слышно прошептала она.
– О, Роуз…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу