Александра Миронова - Я вернусь

Когда Дуглас вернулся домой, Нина ждала его на выдраенной кухне и сияла, как медный пятак. Старик тяжело плюхнулся на лавку и протянул ноги – Нина отметила, что он снова не снял сапог, и по чисто вымытой кухне протянулся грязный след, сопровождавшийся характерным запахом псарни.

Стараясь не морщиться, она пододвинула ему тарелку с нехитрым угощением. Огромной лапищей Дуглас сгреб сыр, изюм и орехи и закинул в рот. Тщательно прожевал, прислушиваясь к ощущениям, затем одобрительно кивнул и потянулся за следующей порцией. Нина растерянно смотрела, как еда исчезает с подставки. Она подняла бокал с вином и отсалютовала Дугласу:

– За тебя. Спасибо тебе!

– Пожалуйста, – кивнул Дуглас и в один присест прикончил тарелку.

Нина растерянно хлопнула глазами, но решила не акцентировать внимание: хозяин – барин, все равно это куплено за его деньги.

– У тебя есть детские фотографии? – спросила она (все фразы она заранее перевела и, записав русскими буквами, заучила наизусть).

– Нет, – покачал головой Дуглас и неожиданно добавил: – Спасибо, Нина, за угощение. – Он потянулся к карману.

– Дуглас, может быть, мне пойти на курсы английского? – задала она волновавший ее вопрос. Ведь если он планирует строить с ней семью, ему же нужно о чем-то с ней говорить?

– Твой английский очень хороший. – Дуглас поднял большой палец и достал из кошелька несколько купюр по двадцать долларов и монетки.

– Твои карманные – двадцать долларов за неделю. Восемь недель – сто шестьдесят долларов, но я вычел сыр и вино, так что вот твои сто тридцать два доллара пятнадцать центов.

Дуглас встал из-за стола, а Нина уставилась на новенькие монетки, от которых так резко преломился свет, что на глазах выступили слезы.

– Как же здесь воняет! – задохнулся Валера, входя вслед за Рози в столовую приюта для бездомных.

Рози убедила его поехать вместе с ней и объяснила, что волонтерство является важной частью американской жизни. Вслед за Рози Валера был готов ехать на край света, поэтому легко согласился помочь провести вечер с «обездоленными людьми», не вникнув в то, что это означает на самом деле.

– Это то, что отличает «белый мусор» от нормальных людей. Понимаешь, я ведь тоже «белый мусор», – пояснила Рози, уверенно ведя машину по сельской дороге. Валера смотрел на извилистое полотно, боясь перевести взгляд на Рози, чтобы не выдать себя.

В девушке было прекрасно абсолютно все – начиная от нежного лица и миниатюрной фигуры, заканчивая уверенной манерой вести машину и блестящими знаниями истории. Она собиралась поступать на юридический факультет и рассчитывала получить стипендию от хорошего колледжа.

– Ты «белый мусор»? – усмехнулся Валера. – Смешно.

– Нет, не смешно, – покачала головой Рози, – мои родители бедны. Я все время донашивала одежду за старшей сестрой, моя мать долго болела и не могла работать, а отец почти двадцать лет вкалывал конюхом у Дугласа. Так что формально – я «белый мусор». Но никто не будет тебя так называть, если ты человек, понимаешь?

– Не понимаю, – покачал головой Валера и все-таки отважился взглянуть на девушку, – у нас есть люди, мы зовем их «отбросами общества» – это алкоголики, наркоманы… – он запнулся и снова посмотрел в окно на бесконечную унылую дорогу, – но мы не называем кого-то мусором просто потому, что его родители бедны.

– Вы другие, наверное. Но здесь, чтобы не быть отребьем, ты должен хорошо учиться, подрабатывать и помогать другим, – Рози повернула к небольшому зданию, стоявшему чуть поодаль от группы фермерских домов, и уверенно въехала на парковку, где уже стояло несколько машин.

Валера дал самому себе обещание попросить противного старикана научить его водить машину. Здесь водили все, едва им исполнялось шестнадцать лет, и Валере было невыносимо чувствовать себя в чем-то не дотягивающим до местных стандартов.

– Я понял, ты волонтеришь, чтобы тебя не считали мусором? – догадался Валера. Ну конечно, что еще может заставить шестнадцатилетнюю девчонку проводить время с «отбросами общества».

– Нет, я помогаю другим, потому что Господь дал мне слишком много, – пожала плечами Рози, беря с заднего сиденья большую сумку и выходя из машины.

Валера с подозрением покосился на девушку – она что, религиозна? Впрочем, плевать, даже если она сатанистка, его это не смутит. Он поплелся за Рози, которая не стала закрывать старый отцовский пикап. Девушка приветливо махала всем людям, что встречались им по пути, и перебрасывалась с ними парой слов.