Александра Миронова - Я вернусь

– В магазин.

– В магазин? – хмыкнул Дуглас, отпивая пиво, немного поиграл с мыслью и кивнул: – Ок, очень хорошо, мне надо показать тебе, где супермаркет и как он устроен. Я буду возить тебя за покупками.

– Может быть, мне самой сесть за руль? – воодушевленная собственным успехом, предложила Нина. – У меня права есть.

– Не сейчас, – отмахнулся Дуглас и посмотрел на часы: – Поехали!

Спустя двадцать минут они припарковались возле супермаркета под названием «У Рика». Дуглас не был расположен к длительной прогулке, пояснил, что это магазин муженька «той русской задаваки», и Нине отчего-то стало приятно. Хотелось все осмотреть и потрогать, а также присмотреться к местным продуктам и попробовать что-то новенькое.

За те два месяца, что они прожили вместе, она поняла, что Дуглас постоянно ест одно и то же – яйца, бекон, курицу, салаты, яблоки и овощи с собственной фермы. В качестве десерта он покупал огромные упаковки конфет и больше всего ценил диетическую колу – ее в шкафу с припасами стояло несколько упаковок. Как праздничное блюдо он признавал только яблочный пирог с шариком мороженого.

Нина не прониклась ничем из представленного, и ее душа хотела простой и понятной еды, которую она готовила отдельно для себя и Валеры. Она все еще не теряла надежды приучить к ней и Дугласа – в его возрасте очень важно заботиться о холестерине, да и разнообразить меню не повредит. Может, стоит начать с малого?

– Смотри, голландский сыр! – показала она Дугласу на прилавок с сырами. – Говорят, он лучший в мире, попробуем? Здесь написано – трафл, это что?

– Я не ем такое, – скривился Дуглас, маясь от тоски возле тележки и косясь на ряды с напитками.

– А ты пробовал? – поинтересовалась Нина.

– Нет, – покачал он головой.

– Давай устроим вечер с вином и сыром? – предложила она, вспоминая Светкины слова и входя в роль соблазнительницы.

– Вино? Я не пью вино, – Дуглас скривился еще больше, словно она предложила ему хлебнуть уксуса.

– Давай попробуем, – отважилась настоять Нина.

Вместо ответа Дуглас пожал плечами и кинул в тележку кусок сыра. В секции с вином он махнул рукой, предлагая Нине сделать свой выбор. Та остановилась на недорогом французском вине.

Вернувшись домой, Нина обнаружила записку от Валеры, в ней было написано, что он вместе с Рози поехал заниматься благотворительностью.

Нина улыбнулась – мальчик влюбился, и, хотя пока она не была в восторге от Рози, все же та была не самым худшим вариантом. Дуглас объяснил ей, что Рози дочь его бывшего работника, с детства приучена к труду и довольно умна. Девчонка мечтает о колледже, так что можно не бояться, что с ней Валера попадет в дурную компанию, он в надежных руках. Пришло время и ей выдохнуть и попытаться наладить собственную жизнь. Дней до отъезда оставалось все меньше, а Дуглас не поднимал вопрос о свадьбе. Чем дальше, тем больше Нине казалось, что через месяц он посадит их с Валерой на самолет и помашет рукой. И тогда все будет пустой жертвой и огромной глупостью. Мало того, еще неизвестно, как воспримет возвращение Валера – после того, как он вкусил другую жизнь, снова вернуться в родное болотце, где поджидал дилер, которому он задолжал денег? Нет, решительно невозможно. Им нужно остаться в стране, чего бы это Нине ни стоило.

Дуглас заканчивал выгружать покупки из машины, когда она подошла к нему и робко спросила:

– Дуглас, давай проведем вечер вместе, сыр и вино? – немного коряво, но достаточно понятно промямлила она.

– Хорошо. Я проведаю собак и вернусь, – согласился он и, кивнув на оставшиеся возле машины пакеты, направился к своим любимцам.

Вчера они впервые дали маленьким щенкам корм, и, по словам ветеринара, проведавшего их сегодня утром, все они чувствовали себя хорошо. Пока Дуглас навещал малышей, Нина втащила продукты в дом, приняла душ, переоделась в единственное нарядное платье, красиво нарезала сыр, добавила к нему немного изюма и орехов, нашедшихся в кладовой, налила себе вино, а для Дугласа поставила на стол бутылку виски.

Оставалось самое сложное – найти тему для разговора. О чем с ним можно поговорить? На тему своей семьи он однозначно не хотел распространяться. Литература тоже не подходила – вряд ли Дуглас отличает Достоевского от Толстого. Еда? В ней он неприхотлив. В лошадях и собаках она ничего не понимала.

«Говорите с мужчиной о нем самом, и он будет слушать вас часами», – всплыла картонная мудрость, прочитанная в каком-то журнале. А что, мысль!