Клели Авит - Я все еще здесь

Одной рукой я взялся за дверную ручку, другую положил на дверь, чтобы ее толкнуть, и набрал в грудь побольше воздуха. У меня было тяжело на душе, но почему, я не знал и сам.

Новый голос. Лучезарный. Незапятнанный. Как только что выпавший снег. Как золотистая снежинка. Это был, наверное, самый восхитительный звук из всех, какие я слышала в жизни, – перемежаемый более низким, обладатель которого что-то тихо говорил. Радуга и снежинка… Непонятно, как они могли сосуществовать при одной температуре, но здесь, у меня в палате, они сосуществовали.

И тут меня озарило одно яркое воспоминание. Я ведь уже видела такое! Конечно, на леднике. Тогда всю ночь шел снег, и утром, когда в кристально-чистом небе взошло солнце, снег начал таять. Талая вода текла по извилистым промоинам в тающем льду, похожим на след змеи. Встретив на пути ледяной выступ, вода падала вниз небольшим каскадом, над которым, если смотреть с правильной точки, появилась радуга. Снег и радуга. Значит, так бывает.

Мне захотелось улыбнуться. Своему воспоминанию. Чудесному подарку, который сделал мне Тибо, принеся с собой это крошечное создание. Но секундой позже мой восторг сменился паникой. Все пропало. Тибо пришел с младенцем! Мой мозг в один миг составил и решил систему уравнений, описывающих эту ситуацию. Настроение тут же ухнуло под двадцатиметровый слой льда. Мне показалось, что я задыхаюсь.

Меня охватил дикий страх. Я снова почувствовала себя в ловушке, под июльской снежной лавиной. Снег сдавливал меня со всех сторон, и, как и тогда, я не могла даже крикнуть. В голове бушевал ураган, сердце рвалось на части. Последние десять ночей мне перестали сниться кошмары, но сейчас я переживала их наяву. Ужас в чистом виде.

Вдруг посреди этого урагана, откуда-то издалека, до меня донесся едва слышный за воем пронизывающего ветра новый звук. Я попыталась сосредоточиться на нем, придать ему цвет, текстуру, вкус, что угодно, лишь бы вырваться из темницы страха. Я сфокусировала внимание на этом звуке, стараясь отогнать воспоминания о своем падении, но, несмотря на все мои усилия, они возвращались, еще более пронзительные. Я мысленно закричала, призывая на помощь хоть кого-нибудь, и вдруг все стихло.

– Эльза! Эльза! Господи, да что с тобой?

Радуга покачнулась. Ее цвета стали расплываться. Тибо как будто обезумел от страха. Ребенок заплакал. Обрушившийся на меня шквал звуков, раздававшихся у самого моего уха, должен был меня прикончить, но он, напротив, меня совершенно успокоил. Я услышала равномерное тиканье часов, шорох своих волос и непрерывный шепот:

– Эльза, Эльза, Эльза…

Ребенок совсем раскричался, но вдруг наступила тишина.

– Прости, Клара. Я испугался за Эльзу. Ш-ш-ш… Ш-ш-ш… Вот умница.

Ребенок напоследок всхлипнул и умолк. Похоже, голос Тибо завораживал не только меня. Внезапно дверь палаты с грохотом распахнулась. Послышались быстрые шаги. Судя по всему, вошли двое. Дальше все понеслось с бешеной скоростью.

– А вы что здесь делаете?

Мой интерн. Изумлен и зол одновременно.

– Вы лучше Эльзой займитесь! – ответил Тибо. – А потом будем разбираться, что мы здесь делаем!

– Ребенок мне мешает, – возразил интерн.

– Я все равно не уйду, даже не просите!

– Доктор?

Женский голос. Очевидно, медсестра. Последние несколько секунд я слышала, как она чем-то шуршит у меня над головой.

– Да? – отозвался интерн.

– Несколько проводов отсоединились, но состояние стабильное, – сказала медсестра.

– Что?

– Повторяю: состояние больной стабильно.

– Вы хотите сказать, что с ней все в порядке? – вмешался Тибо.

– Вы неисправимы! – сердито бросил интерн.

– Ну, знаете! Ее сейчас свело такой судорогой, что я думал, она себе что-нибудь сломает! – Радуга в голосе Тибо окрасилась багровым. – И как я должен себя чувствовать?

– Что вы делали? – спросил интерн.

– Я? Ничего!

– Часть проводов отключена, а вы говорите, что ничего не делали?

– Она почти села на кровати! Такой судорогой могло снести все ваши штуки!

– Наши штуки еще держат ее на этом свете!

– Тогда почему же ее состояние было стабильно?

Клара снова заплакала. Тибо моментально переключился на нее. Ему понадобилось чуть больше времени, чтобы снова ласковым шепотом успокоить кроху – еще бы, только что он почти кричал. Тем временем интерн подошел к медсестре, и я услышала, как они обсуждают какие-то технические детали. Я различила щелчки подключаемой аппаратуры, скрип колесиков капельницы, шуршание простыни. Маленькая Клара уже успокоилась.