Алекс Бранд - Выбор [СИ]

— Гилберт, ты разыскал Клайда?

— Отец, они в Бильце и возвращаются завтра днём.

— Он не оставил номер телефона?

— Нет. Там, возможно, вообще нет связи.

— Хорошо. Дождемся его.

— Мисс Мещерская, прошу вас держать себя в руках. Ольга…

— Мистер Грифитс… Гилберт… Я знаю, что происходит на самом деле.

— Серьезно?

— Да. Все не так просто, как вам кажется.

— Джил, я слышала, ты познакомилась с женой Клайда?

— Да.

— Говорят, деревенская простушка, правда, что ее чуть ли не на носилках выносили из «Спенсера»?

— Неправда.

— А что там вообще произошло?

— Я оскорбила ее, а вечером поехала извиняться.

— Ты? Джил…

— Тебя что-то удивило, Бертина?

— Мистер Слоан? Это Дуглас Трамбал.

— Слушаю вас, чем могу помочь?

— Мне нужно ознакомиться с некоторыми документами в городском архиве, его мемориальной части. Сможете это устроить?

— Конечно. Можете уточнить, какие именно года вас интересуют?

— Да. Записывайте…

— Алистер, это твоих рук дело?

— Что тебя волнует? Твоё имя никто никогда не узнает.

— Я не хочу. Не хочу, слышишь?

— Ты сказала, что ненавидишь. В ненависти нет дороги назад, Сондра.

Все-таки очень неудобно спать настолько крепко прижавшись другу к другу. Уже под утро почувствовал, как она заворочалась, пытаясь устроиться, предательский скрип кровати разнёсся по спящему в предрассветных сумерках дому. Я открыл глаза, Берта затихла, чувствую ее дыхание на шее. Повернул к ней лицо и вижу, как она досадливо поморщилась, увидев, что я проснулся. Зашептались.

— Милый, прости. Просто затекла вся, хотела повернуться.

— Да я сам бы повернулся куда-нибудь, Берт. Кровать твоя здешняя, конечно…

Оба тихо прыснули от смеха, Берта забралась на меня и вольготно растянулась, уткнувшись лицом в плечо, накрыв нас длинными шелковистыми волосами.

— Ничего, мой бедненький, сегодня будем спать в нашей широкой и надёжной кровати.

Я киваю и добавляю.

— И не скрипучей!

Берта плотнее закутывает нас в одеяло, под утро тут становится прохладно.

— Ещё совсем рано, давай ещё поспим немного… Клайд…

— Что?

— Ну перестань, все же слышно… Сам смущаться потом будешь…

Тихо смеюсь, дав волю рукам, Берта накрывает их своими, останавливая, и тоже улыбается. Я развеселился и начал соблазнять.

— Берт, может по-тихому на крышу? А? Представляешь, воздух там какой, вид… Труба, опять же… Новая черепица… Не скрипит ничего…

Одновременно ну совершенно случайно моя рука снова сдвинулась в интересном направлении…

— О, Боже, Берт…

— Ой, милый, прости, я хотела легонечко. Больно?

— Я так мечтал об этом моменте, дорогая, когда же, наконец, ты решишься… Но щипаться-то зачем…

— Я случайно.

Из глубин одеяла доносится тихий смех.

— Берта…

— А?

— Попробуй ещё разок…

Так и вижу показанный мне язычок. Розовый такой…

— Бедненький ты мой, страдалец… Потерпим до Ликурга.

Подчеркнуто грустно вздыхаю, Роберта на всякий случай глубже закапывается под одеяло, при этом весьма двусмысленно хихикая. Получаю поцелуй, и нас снова накрывает дремота, мы оба вымотались за эти два дня.

— Клайд, вот он, вытаскивай.

Наклоняюсь и извлекаю из-под кровати небольшой сундучок, Роберта протягивает мне ключик, открываю, осторожно поднимаю крышку. Улыбаюсь, посмотрев на Берту, она тоже глядит на его содержимое с улыбкой.

— Твоё приданое?

Она кивает, вынимая и раскладывая на столе потертую поваренную книгу, старинного вида солонку, перечницу, ножи, вилки, ещё какие-то принадлежности. Внизу аккуратно сложенное чистое и выглаженное постельное белье, ночная рубашка, маленькая коробочка, совсем новая. С любопытством ее разглядываю, а там что? Вопросительно смотрю на Берту, она чуть порозовела. Интересно…

— Что тут?

Она протянула руку, я отдал ей коробочку и она попыталась ее убрать под остальные вещи.

— Берт, ну что в ней? Интересно же… И чего ты стесняешься?

Она вздохнула и протянула мне ее обратно.

— Хочешь, открой, посмотри.

Хм… На свет появляется нечто красного цвета, непонятно… Я расправляю аккуратно сложенные ленты с застёжками, поднимаю руку, давая им упасть вниз, чтобы лучше рассмотреть. Щеки Берты приобретают цвет ленточек, а мне все ещё непонятно.

— Берт, что это?

И тут она широко открыла глаза и рассмеялась.

— Клайд, ты не знаешь? Правда?

Ее смех настолько заразителен, что присоединяюсь, и с трудом произношу, все ещё держа ленточки на весу.