Алекс Бранд - Выбор [СИ]

— Эй, ты не кусочек мяса и никто тебя не съест…

Берта лукаво улыбнулась в ответ и прищурилась, в глазах плеснулось странное выражение.

— Никто?

— Нуу… Разве что я. Но я не всю съем, а только лакомые кусочки…

Она медленно наклонилась ко мне, не отрывая глаз, и протянула вилку. Шепнула.

— Ешь меня…

На ее губах внезапно мелькнула очень странная улыбка, на грани порочности, сердце отозвалось перебоем, дыхание перехватило от этого контраста… Застенчивое милое лицо, наивные глаза… И улыбка опытной уверенной женщины, знающей свою красоту и силу… И этот жест… Вино повлияло? Музыка? Вся атмосфера этого действительно замечательного места, тихая и романтическая? Полумрак, неяркий свет лампы… Блеск глаз… Поддаюсь этому очарованию и медленно беру кусочек мяса с протянутой вилки, коснувшись его языком. Роберта протяжно вздохнула, вся ослабла и откинулась на спинку стула, прикрыв глаза, дыхание участилось… Молча смотрю на нее и сам с трудом беру себя в руки, были бы мы дома… Улыбаюсь, дома мы скоро будем. Берта открыла глаза и растерянно посмотрела на меня, украдкой оглянулась.

— Клайд…

— Что, Берт?

— Я… Прости, я…

Беру ее за руку, наши пальцы переплелись, и шепнул ей.

— Перестань, все в порядке, ты что…

А ее глаза уже заволокло слезами, Боже, ну что с ней…

— Солнышко, ты что? Что с тобой? Что это за слезы?

— Я так себя вела сейчас, как будто… Клайд, прости… Как стыдно… Ну что ты смеешься…

А я действительно смеюсь, маленькая моя…

— Берт, ничего не случилось страшного, ты же женщина, моя жена. Я твой муж. И тебе захотелось поозорничать…

Доверительно наклоняюсь к ней поближе и понижаю голос.

— Мне тоже, я чуть из брюк не выпрыгнул, когда ты мясо протянула и так — Ну съешь меняяя…

По мере произнесения этой тирады брови Берты поднимались все выше, она в изумлении уставилась на меня. На ее лице появилась сначала нерешительная, а потом все более веселая улыбка. И мы просто рассмеялись, развеяв невольное напряжение.

— Милый, я сейчас приду.

Берта взяла сумочку и пошла в сторону дамской комнаты. А я снова подзываю официанта…

Через минут десять Роберта вернулась, а я уже все успел, и сам сходил кое-куда, и официант не подвёл.

— Милый, какая прелесть! Спасибо!

На столе стоит небольшой круглый кремовый торт, на нем изображено сердечко и горят две свечи. И подпись — «От счастливого Клайда — любимой Роберте». Она села и восхищённо смотрит на это, потом на меня. Вздыхает, не находя слов. Я тоже лишь улыбаюсь молча. Да нам сейчас и не нужны слова.

— Сейчас принесут ещё чаю. Гм, настоящего…

Берта улыбнулась и показала на торт.

— Даже не хочется есть такую красоту, пусть бы стояла и радовала. Правда, Клайд?

— Да, Берт. Но пусть теперь порадует и вкусом, не только видом.

И лукаво подмигиваю, кладя ей на тарелку солидный кусок. Берта закатывает глаза в шутливом ужасе, взяв ложечку.

— Я так наелась, что не знаю, как до дома дойду.

— Не страшно, можем и трамваем, там потом близко.

Берта уже с удовольствием жуёт кусочек торта. Проглотила и непоследовательно заявила, мотнув головой, я улыбнулся.

— Не хочу на трамвае, пойдем пешком.

А я и сам бы прошелся, согласно киваю, Берта спохватывается и спрашивает.

— Так ты же об Ольге начал рассказывать, продолжай.

Беру свою чашку чая и неспешно отпиваю, горячий… И крепкий, как я и просил.

— Так вот, ее вызвал Гилберт незадолго до гудка, и мы уже не виделись.

— Жаль, что мы её не подождали, как-то нехорошо вышло.

— Ольга, мы тебя подождем у ворот.

— Не надо, идите без меня.

Легко касаюсь плеча, заглянув в ее спокойные карие глаза.

— Уверена?

На строгом холодноватом лице появляется улыбка.

— Конечно. Не ждите, Берта так мечтала тебя встретить и пойти потом вдвоем.

И с уже совсем веселой улыбкой подвела черту.

— Третий тут лишний.

Берта задумчиво смотрит в свою чашку, покачивая ее и глядя на волнующуюся поверхность чая.

— Надеюсь, все там прошло хорошо. Мистер Гилберт…

Кладу руку на ее ладонь, останавливая, она удивлённо посмотрела на меня. А я мягко произнес.

— Гилберт, Берта. Просто Гилберт. Он теперь — твой родственник, никак не «мистер», привыкай.

— Я понимаю, Клайд. Постараюсь привыкнуть, просто…

Она задумалась, окинула взглядом зал, сидящих в нем людей. Вздохнула.

— Я просто все ещё Роберта из Бильца, милый. Девушка со старой ветхой фермы, ещё вчера — фабричная работница. И назвать Гилберта — «просто Гилбертом»… Это пока для меня непривычно.