Олеандр Олеандров - Играя со стилями – 5

Зинка кинулась к Степану и молча обняла его… не находя слов…

Лишь слезы текли по лицу и падали на пол…

Он хотел ласково отодвинуть ее но она прижималась к нему всё сильнее…

Потом, под утро он ушел к себе в квартиру

А она, застилая постель, с удивлением рассматривала странные пятна на простыне… некоторые – белые, а некоторые – красные…

Едва поменяла простыню как услышала шум поворачивающего ключа в замке.

Дверь открылась и Зинка остолбенела.

На пороге стоял отец.

Живой и здоровый.

– Вот… С работы вернулся… – Пробормотал он и пошел в кухню.

Зинка молча села на диван.

– Так это был розыгрыш? – Мелькнуло в голове.

И она вскочила с дивана.

Теперь это был не тот ребенок, с ямочками на щеках что был вчера…

Как разъяренная пантера бросилась в квартиру к Степану.

Звонила к нему в дверь… стучала рукой и ногами…

Наконец из-за двери донесся из-за двери заспанный голос Степана – Мы перепутали… это был не твой отец… прости…

– Ах ты сволочь! Сука! Тварь эдакая! – Визжала она трясясь от бешенства – Всё это было… только чтобы выеб..ть меня????

Но Степан не отвечал больше.

Она перестала кричать и вернулась домой… закрылась в своей комнате.

Долго лежала на диване.

Как же ей хотелось забыть что было с ней этой ночью… как они были на диване… как потолок колыхался… когда он был на ней… вот и сейчас- он как будто еще колышется…

И он – целует ее в шею… расстегивает лифчик… касается губами ее соском – теплыми. нежными… И мягко что-то стягивает с ее коленок…

– Только чуть-чуть – Просит он. Тихо, едва слышно… Ладно?

Она не знает что ответить…

А он всё целует и целует ее…

А внизу – что-то легонько касается ее половых губ.

Девичьих… невинных…

Он и сам понимает это… что неправильно так делать… что рано к ним еще касаться…

А он просит почему-то:

– Я только капельку…

– Почему же ты просишь?

Но вместо ответа, он уже смачивает слюной что-то у себя внизу…

– Зачем?

Но вместо ответа – он лишь легонько раздвигая их шире…

Зачем?

И что-то касается ее внизу… сначала легонько, а затем всё сильнее упираться в нее… настойчивее и требовательнее… уже и боль, где-то внизу, между ногами…

– Ты же обещал – Напоминает ему.

Но он как будто не слышит… И давит туда всё настойчивее…

Ты же обещал мне! – Уже совсем громко говорит она и пытается согнуть ноги чтобы упереться… сопротивляться тому что он проталкивает в нее…

И он он снова целует ее в лицо… просит… умоляет…

– Потерпи… только один раз… прошу тебя… я сейчас вытащу его…

И она расслабляется.

– Правда? Один раз только?

Но что это? Он не вынимает его обратно. Он всё дальше и дальше вводит его во внутрь.

– Да хватит же! Больно! – Чуть не плачет она.

И вот он наконец – слышит ее.

Начинает вытаскивать… обратно…

Она чуть опускает ноги – чтобы легче выходил наружу.

Но он снова обманывает – и начинает вводить его снова. Только теперь – еще быстрее. И сильнее.

Уже не надо ему целовать ее в губы. Обещать что только один раз… что чуть коснется только…

Ведь она – еще совсем невинна… и юна…

Теперь он водит своим членом туда и обратно. Со всей силой ударяя своими яйцами ей в промежность.

Прямо между ног.

Она вжимается ему своими пальцами в плечи… изгибается снова…

Но удары – еще быстрее… еще сильнее…

Зинка оборвала свои воспоминания и села на диване.

– Неужели тут всё так и было?

Вся эта боль… надежды… слезы… Только ради этого???

Внимательно посмотрела на свои ноги – стройные, красивые.. Затем приподняла край юбки… показались белые трусики… спустила их книзу – вот и волосы на лобке… заглянула вниз, в ноги – вот и эта дырочка…

Серо-красная.

Именно в нее – он долбил всю ночь…

Затем грустно вздохнула и одела трусики снова. Сказала, глядя куда-то в сторону…

– Прости, я не хотела чтобы вот так…

И злобно выругалась:

– Сволочь… таки обманул…

– Она не даст мне… – Грустно подумал я и посмотрел в зеркало.

Там отразилась физиономия мерзкого старика лет 60-ти, с шатающимися гнилыми передними зубами и очками одетыми на огромный нос. Линзы с увеличением плюс три придавали его облику вид прыщавой жабы. С выпуклыми бесцветными глазами.

– Не даст – Хмуро подтвердил мой облик.

Но что-то в моем организме сопротивлялось, вопило и протестовало – Даст! Даст! Даст!

– Кто же это у нас тут оптимист? – С удивлением заинтересовался я.