Екатерина Данильчик - Обретая себя

— Он сказал то, что нужно.

— Предатель, наверное, о том, что между мной и Никитой ничего нет, да?

— Ну, ведь нет же да?

— Уже нет, но было, а это мое личное дело, — Кристина немного разозлилась, — останови эту штуку, у меня уже нет сил, — ее футболка была мокрая от пота, волосы тоже, а лицо раскраснелось. Глаза Кристины горели, а сердце колотилось, она как будто ожила.

Костя выключил дорожки, и они сошли на пол, и пошли к выходу. Костя подал ей сухое полотенце.

— Кристина, — Костя взял ее подбородок и приподнял, чтоб их взгляды встретились, — мне вовсе не важно, кто у тебя был раньше, прошлое не изменить, но как банально бы не звучало, будущее мы строим сами и оно в нашей власти, я просто делаю то, что мне под силу, то, что я могу.

Кристина опять оборвала момент, она опять не была готова, хотя ей и безумно хотелось впиться ему в губы и прижаться к его груди, но она отстранилась и начала одеваться.

В машине они ехали молча, каждый думал о своем, было легкое напряжение, но негатив улетучился, он вышел из них в спортзале.

— Куда мы едим? — заволновалась девушка.

— Я хочу, чтоб рядом со мной ты окончательно расслабилась, мне не нравится, что ты постоянно зажимаешься.

— Я не могу вот так взять и моментально начать доверять тебе. Прости, но я не знаю тебя.

— Вот это мы будем исправлять.

Костя привез Кристину в такую местность, почти за городом, где была возвышенность. Припарковав машину, они вышли, уже начинало темнеть, и город зажигался тысячами огоньков.

— Как красиво! — Кристина сделала несколько шагов вприпрыжку и развела руками, улыбаясь и жадно вдыхая морозный воздух.

Костя даже не застегнул свое пальто, как завороженный подошел к ней, не сводя глаз.

— Я уже и не помню, когда в последний раз любовался чем-то или кем-то, — его голос стал тягучим и завораживающим, Кристина посмотрела на него и поправила растрепавшиеся от ветра волосы.

— Спасибо, — Кристина замерла и очень осторожно потянулась к руке Кости, медленно коснувшись его пальцев, она опустила взгляд, смущаясь.

Прикосновение было еле уловимое, но этот контакт был настоящей близостью, полный бушующих чувств. Костя поднял ее голову за подбородок, погладил по лицу и нежно припал губами к ее губам. Он целовал ее медленно, чувственно, бережно, но как только она поддалась, и он поглотил ее вздох, Костя стал напористым и проник языком к ней в рот. Кристина ответила, и их поцелуй стал пылким, жадным и до безумия вкусным.

Постояв там еще минут десять в обнимку, они поехали домой.

Костя провел Кристину до дверей квартиры.

— Признаюсь, мне понравились те чувства, что физическая нагрузка, такая легкость сразу, несмотря на то…

— Что, говори не бойся, — успокаивающим голосом сказал Костя.

— Просто я слабая, понимаешь, мне проще напиться и забыть на время о своих чувствах, что порой невыносимы и душат меня изнутри, и я просто сдаюсь, это, конечно, не помогает, все потом обратно возвращается, но я не так сильна, как ты, у меня даже силы воли нет… — Кристина опустила взгляд и говорила честно, искренне.

— Ох, милая, — Костя притянул ее обессиленное тело к себе и обнял, — ты просто перестала верить в себя, все в тебе есть и сила воли и твердый характер, просто надо любить себя и верить в себя.

— Как мне верить в себя, если в меня никто никогда не верил, даже мой муж, я для него была пустым местом.

— Да это он пустое место, и каждый, кто тебе внушил эту чушь. Я помогу тебе разобраться, я не оставлю тебя.

— Как приятно слышать такое, особенно от тебя, спасибо, — она подняла голову и посмотрела в его синие бездонные глаза. О том, что случилось между ними, они не говорили. Может, оба просто боялись.

— Ну, все, иди, отдыхай и не думай о плохом.

— Хорошо, честно говоря, устала очень, но сначала, я все-таки, приму душ.

— Так все, я пошел от греха по дальше, — Костя развернулся и еще несколько раз обернулся, они смотрели так, будто поглощали друг друга взглядами.

— Спокойной ночи.

Кристина была довольная, в ее голове по прежнему звучали как мелодия его слова, сегодня она узнала, что нравится ему, нет, ну она конечно догадывалась, но услышать это было так приятно.

За последние месяцы мужчины не раз восхищались ей, признавались в мнимой любви и активно выражали свое вожделение, но все это было для нее мерзостью и ничего, кроме отвращения, она не испытывала в ответ. Даже в случае с Никитой она чувствовала себя отвратительно за то, что не отвечает ему взаимностью, а ведь он был достоин этого.